СЕ-НО:БЛОГ

10.08.2016 Три имени, три судьбы

Война в Ираке. Три жизни, три судьбы

 Рождение «Бибисевы»* в 2003-м совпало с началом войны в Ираке. Тонкости ближневосточной политики я изучал прямо на работе.

Помню — часто мелькало имя Ахмата Чалаби, его прочили в руководители освобожденного демократического Ирака.

«Чалаби, 59-ти летний шиит, в заказных костюмах от портных Савиль-роу, — писал американский журнал «Ньюзуик», — провел большую часть жизни в Лондоне, а не в Багдаде. Его банковская карьера отмечена судами и скандалами, военный трибунал в Иордании заочно осудил его за мошенничество. Сам он говорит, что дело против него было сфабриковано Саддамом Хуссейном».

Чалаби много лет пытался сбросить режим Саддама, но никто его особенно всерьез не принимал. Еще в 90-е годы несколько попыток мятежа, которые он пытался организовать с помощью ЦРУ, кончились провалом. Призывы к президенту Клинтону прийти на помощь ни к чему не привели. Клинтон воевать не хотел.

В 1998 году Чалаби сотоварищи создали партию, Иракский Национальный Конгресс. Такая партия давала возможность вашингтонским политикам заявить свою позицию по отношению к режиму Хуссейна, ничего, по сути, не предпринимая. И республиканцы, и демократы проголосовали за принятие акта об «Освобождении Ирака». Партия Чалаби получила финансирование.

Президентом США вскоре стал Джорж Буш-младший. Окружавшие его «новые консерваторы», neoconservatives или, сокращенно, neocons, были настроены воинственно и жаждали показать иракскому диктатору силу американского оружия. После 11 сентября и гибели нью-йоркских башен-близнецов повестка дня еще более накалилась.

В декабре 2001-го Чалаби представил газете «Нью Йорк Таймс» иракского перебежчика, который божился, что своими глазами видел лаборатории биологического и ядерного оружия, спрятанные в предместьях Багдада, а одну из них бесчеловечный режим Саддата Хуссейна разместил прямо под больницей.

Потом появился еще один перебежчик, Абу Зейнаб, якобы генерал иракской службы безопасности. Он рассказал о секретной базе под Багдадом, в которой террористов обучают захватывать пассажирские авиалайнеры. ЦРУ ему не поверило и отказалось с ним сотрудничать.

Видя такую несговорчивость, Чалаби представил германской разведке агента по кличке «крученый мяч». «Крученый мяч» поведал о передвижных установках биологического оружия. Германская военная разведка снабдила отчеты «крученого мяча» предупреждением, что все это — чистый вымысел.

 Из разных источников, по капле, сведения стекались к правительству США, которое давало им ход, поскольку все это вписывалось в его желания и намерения. Разведданные Чалаби постепенно превращались из научной фантастики в непреложные факты. В частности, им поверил британский Премьер Тони Блэр.

В марте 2003-го началась война в Ираке, война короткая, победная и беспощадная. Оружие массового поражения, искали, но не нашли.

Настало время переоценить и переосмыслить. В квартиру Чалаби и штаб-квартиру его Иракского Национального конгресса ворвалась полиция под прикрытием американской армии. Искали компромат, свидетельства растрат, краж, хищений. Чалаби обвинили в передаче американских военных тайн правительству Ирана.

А ведь поначалу все было иначе. После падения статуи Саддама Хуссейна и его самого, Чалаби переехал в Багдад, занял роскошное здание Багдадского клуба Охотников, с примыкающими зданиями в стиле колониальной архитектуры. Когда президент Буш на ассамблее ООН провозглашал Ирак свободным, на стуле представителя Ирака сидел именно Ахмат Чалаби.

Теперь картина резко менялась. Появились разговоры, что Чалаби был связан с иранской разведкой, которая через него выдавала американцам фальшивую информацию с тем, чтобы втянуть Америку в войну и силой американского оружия свергнуть ненавистного врага, Саддама Хуссейна.

Об этом писали лондонская газета «Гардиан», консервативная «Вашингтон Таймс» и израильская Едиот Ахаронот.

Несколько лет спустя бывший глава Ближневосточного Отдела военной разведки, Патрик Ланг, сказал, что «Иранский заговор, если он был на самом деле, можно считать одной из самых хитрых и успешных разведопераций в истории».

Шли годы. Мистер Чалаби участвовал в политической жизни страны, бичевал американский империализм. Умер 3 ноября 2015 года на посту Председателя Финансового Комитета Ирака. Ему был 71 год.

Вернемся в 2003-й год. Тогда британский Премьер, Тони Блэр с парламентской трибуны оповестил страну, что Саддам Хуссейн обладает оружием массового уничтожения и может его развернуть за 45 минут. Так сообщала разведка.

 Парламент, встревоженный таким опасным поворотом событий, проголосовал за начало военных действий. Через два месяца Саддам Хуссейн был свергнут и ушел в подполье-подземелье.

 В мае 2003 года Эндрью Гиллигам, журналист Бибиси (Радио 4), корреспондент по военным и политическим вопросам, в живом эфире сообщил, что у него есть данные – доклад правительства был преувеличен и приукрашен.

Получалось, что корпорация Бибиси пошла против Уайтхолла, против Министерства Обороны и МИ6. Власть потребовала назвать источник информации, но в Бибиси это делать отказались.

Речь шла об утечке секретных данных. На Разведку и на Минобороны легла тень подозрения. Запахло изменой.

К высокому начальству добровольно пришел международный инспектор по вооружениям Дэвид Келли, специалист по химическому и биологическому оружию, работавший в Ираке. Испросив гарантии полной анонимности, он признался в том, что встречался с журналистом Бибиси.

Министерство Обороны, помня свое джентльменское обещание, имя Дэвида Келли, конечно, не назвало, но выдало прессе такое количество косвенных улик, что его вычислили мгновенно. Дэвид Келли попал на передовицы всех британских газет, был вызван на расследование в Парламенткий комитет, и еще кое куда. Секретный допуск у него отобрали.

18 июля 2003 года Дэвид Келли пошел прогуляться в лес и не вернулся. Его нашли на следующий день мертвым. В желудке было 23 обезболивающих таблетки, левая кисть порезана ножом. Официальный вердикт – самоубийство.

В этой версии многое не состыковывалось, поэтому конспирологические теории начали множиться сразу. Член Парламента Норман Бейкер целый год занимался расследованием и даже написал книгу «Странная смерть Дэвида Келли» (The Strange Death of David Kelly, Norman Baker, 399 стр. Изд-во Methuen)

Правительство создало комиссию под председательством Лорда Хаттона, был написан пространный отчет.

Тем временем, туристы и гости британской столицы, приезжая посмотреть на Биг Бен, на Вестминстерское Аббатство, где короновались все монархи, на памятник Черчиллю и так далее, обращали внимание — на тротуаре, что напротив въезда в Парламент, стоят палатки весьма потрепанного вида, а около них — лозунги антивоенных протестов.

В одной из палаток обитал знаменитый Брайен Хау. Знаменит он был, потому что держал свою мирную оборону с 2001 года. Помнится, в августе 2009 у него был юбилей, Брайен не покидал своего поста 3 тысячи дней. Три тысячи!

За эти годы от Брайена ушла жена, он несколько лет не видел своих детей, а у него их семеро, все отдал борьбе за мир, оброс единомышленниками, которые тут же в соседних палатках и жили.

Одна дама, Барбара Такер, находилась там более тысячи дней, она пережила 33 ареста, отказалась от комфортабельного быта — и все ради мира на Ближнем Востоке.

Под Брайена подкапывались. Неудобно — правительство, парламентарии, высокие гости из-за рубежа, а тут небритый, изможденный человек, не знающий покоя ни днем, ни ночью, называет уважаемый Британский Кабинет Министров лжецами и убийцами. Нехорошо.

В Парламенте подняли вопрос, составили специальный законопроект о «Серьезной Организованной Преступности и Полиции», он был принят и одобрен. По этому закону, в частности, нельзя устраивать политические демонстрации непосредственно у ворот парламента, надо отойти, на одну милю, 1660 метров.

Попытались в свете этого закона передвинуть нашего героя, но не тут то было. На его защиту встали прогрессивные люди, известные юристы и общественные деятели. Они организовали кампанию и подали на правительство в суд, утверждая что новый закон не может применяться ретроспективно.

Другими словами, когда Брайен Хау начинал свой протест, никаких законных препятствий у него не было, поэтому по новому закону можно было преследовать только новых демонстрантов, но не его.

Суд длился больше года и решил в пользу правительства, однако судья, понимая историческую важность своего постановления, определил, что Брайен может продолжать свой протест, несмотря на принятый закон.

После многих лет походной жизни на панели, в жару и холод, дождь и зной, или что хуже — в серую лондонскую сырость, которая залезает в самые кости, здоровье Брайена было не в лучшем виде. Он похудел, ходил на костылях, но уходить отказывался. Да и некуда ему уйти, у него нет ни дома ни семьи.

Жить на улице, под шум машин, дышать выхлопными газами, курить дешевые сигареты, воевать в полицией, питаться чем придется — все это не могло не сказаться.

В 2011 году у Брайена обнаружили рак легких, он поехал лечиться в Берлин и там умер.

18 июня, кстати, в один день с Еленой Боннэр

<< возврат

 

пишите Севе Новгородцеву:seva@seva.ru | вебмастер: webmaster@seva.ru
seva.ru © 1998-2015