ПРЕССА

Всеволод Новгородцев: "Я приветствую все положительное"

<< к списку статей

1 января 1989

А.Гуницкий, "Румба", Санкт-Петербург

Всеволод Новгородцев: "Я приветствую все положительное"

... Город Лондон, Би-Би-Си

Все, кто всерьез интересуется рок-н-роллом, знают, кто такой Сева Новгородцев. Много лет он каждую неделю выходит в эфир со своей музыкальной программой. Последние годы Сева довольно часто стал включать в передачи информацию о "красном роке". Это закономерно: рок-жизнь в СССР сдвинулась с мертвой точки, наши музыканты перестали быть "невыездными".

Для интервью я предпочел бы непосредственное общение, как Саша Ляпин, который с удовольствием вспоминает китайский ресторанчик в Ливерпуле, где они беседовали с Севой. Но лететь в Англию было некогда и наш разговор состоялся по телефону.

Интервью надо было как-то записать. Мой коллега, Игорь Леонов, соорудил бесхитростное приспособление: подсоединил наушник параллельного телефона к магнитофону "Маяк". По другому аппарату говорил я. Однако микрофон у этого аппарата оказался не очень исправным, пришлось встать на колени и говорить в микрофон другой трубки. Взять ее в руки было нельзя, поскольку могла порваться деликатная "связующая нить" между наушником и магнитофоном.

Интервью на коленях! Объект моего внимания явно находился в более комфортных условиях (вообще-то эта ситуация кажется мне очень символичной).

- Сева сколько лет существует твоя передача?

- С июня 1978 года.

- Как ты устроился на эту работу? Ты раньше был музыкантом - это помогло?

- Раньше, когда выезжали, лозунг был не "куда", а "откуда", поэтому я не знал, куда я еду и зачем. У меня еще вторая есть профессия - штурман дальнего плавания. Я поначалу думал - музыканты никому не нужны, пойду-ка я лучше в штурмана опять...

- Штурмана оказались не нужны?

- Я подал на Канаду, находясь в Италии, и выяснилось, что у Канады нет торгового флота, они весть свой флот фрахтуют. Так что штурмана оказались не нужны. В Риме тогда совершенно случайно оказался один мой знакомый, он и сагитировал меня на радио. Я сдал экзамены в общем порядке - на язык и на чтение, прошел собеседования, получил контракт и приехал. К музыкальной передаче приступил не сразу, нужно сначала рядовое радиовещание вести. Постепенно мне дали полпередачи, потом Сэм Джонс уехал в Америку и мне осталась вся передача.

- Мотивы твоего отъезда?

- У меня с отъездом было довольно сложно, потому что я ведь начинал свою трудовую деятельность как штурман дальнего плавания, у меня была виза и заграничный паспорт, я за границу плавал и видел ее воочию, вблизи, и, будучи штурманом, вместе с матросами выходил в групповые походы на берег. И, проплавав год, я решил, что за границей я ни быть, ни жить не хочу. Мне заграница не понравилась. А вернувшись и перейдя с легкой руки Давида Голощекина в музыканты, я в течение многих лет проповедовал, что жизнь за границей вовсе не так проста, что всякий русский, выезжающий туда, становится как бы человеком второго сорта.

Эта мысль была со мной довольно долго, и только под давлением обстоятельств она постепенно начала изменяться.

Уходя в музыканты, я как бы старался уйти от Системы, а потом выяснилось, что Система и там присутствует... И я попытался удалиться от всего этого, от этого центра подальше... В Пушкине потом работал, с "Мифами"...

- В каком году это было?

- Это был 1975 год. Я проработал с ними около года. И потом так обстоятельства сложились, что видно было - тупик. Выхода нет. У жены еще начались неприятности... Под давлением всех этих обстоятельств решено было ехать.

- Что тебе запомнилось из ленинградского рок-н-ролла тех лет?

- Когда я уезжал, то толком еще ничего не было. Я знал понаслышке от Коли Рязанова, с которым вместе работал в "Добрых Молодцах", он мне рассказывал всякие байки про "Лесных братьев" и прочее... Я все это слушал с большим интересом и хотел как-то к этому приобщиться, но ничего фактически еще не было. Все, что я знал, было понаслышке.

(Для справки: 1976 год, время отъезда Севы - это очередной переломный период в ленинградском роке. Позади - есть что вспомнить: "Аргонавты", "Санкт-Петербург", "Фламинго"; играют "Россияне", "Большой Железный Колокол", то есть музыкальная жизнь была довольно бурной и насыщенной. - А.Г.)

- Твоя передача идет много лет. Какие ты ставил и продолжаешь ставить для себя задачи в связи с этой программой?

- Задачи? Здесь, в Англии, мышление несколько меняется, задач как бы никаких никто не ставит явных... Ну, а багаж и опыт есть, свой длинный список того, что "неправильно": как нас учили... как нам вправляли мозги в определенном направлении. Всего этого довольно много и дезинформация - социальная, эстетическая, историческая - распространена довольно широко. Я считаю, что на сегодняшний день именно в этом опасность.

Выезжая за границу, видишь, что то, чему нас учили, - все эти классовые дела и так далее - совершенное фуфло, люди кругом везде одни и те же, довольно милые и гораздо более доступные, чем у нас. Человеческий климат здесь гораздо лучше. И все это мне хочется донести, хочется посеять терпимость, уважение друг к другу, потому что не общество меняет людей, а люди меняют общество.

- Откуда ты берешь информацию о нашей музыке?

- Раньше все доходило через третьи руки... Сейчас начинают налаживаться контакты вроде сегодняшнего нашего. Люди от вас начинают ездить, недавно приезжала "Популярная Механика", приходят всякие бюллетени, журналы - короче, информация идет отовсюду.

- Тебе наши ансамбли нравятся всерьез?

- Мне это нравиться довольно серьезно и довольно давно. Я считаю, что новое нарождающееся рок-движение - это одна из немногих позитивных сил, один из источников новых эстетических ценностей.

- Что тебя больше интересует: политический, социальный аспект или собственно музыка?

- Мне нравятся группы, которые могут сочетать музыку и вот эти другие аспекты. Нравится "Аукцион". Я считаю, у этой группы есть и музыка, и артистизм, и издевка, и стебалово - все, что угодно!

- "Аквариум"?

- "Аквариум" - это классика, тут даже говорить нечего. "Аквариум" мне нравится давно и серьезно. Я, в принципе, не против даже "Машины Времени", ее искреннего периода.

- Старая "Машина" всем нравится, с новой сложнее... Западный рок и наш. В чем их сходство и в чем различие, могут ли они в дальнейшем приблизиться друг к другу (не в смысле географии)?

- Наш рок существует сейчас в конфликтной обстановке, в обстановке отторжения старых ценностей. Это можно сравнить с рок-н-роллом 50-х годов, тогда року надо было все ломать, ниспровергать, надвигалась сексуальная революция и так далее. Но тогда у рока не было изобразительных возможностей, все это было на довольно примитивном уровне...

Сегодняшний наш рок, существуя в новой конфликтной обстановке, имеет под рукой всю палитру выразительных средств, множество возможностей, он разнообразен, он воплощается в разных стилях.

Рок на Западе совершил в своем движении как бы полный круг, новых изобразительных возможностей пока не предвидится. Сейчас в нем много эклектики, немыслимых сочетаний разных стилей из разных времен. Кроме того, весь конфликт-то испарился, его больше нет. Тут такая свобода, особенно здесь, в Англии... Здесь уже в 13-14 лет совершенно взрослые, созревшие умственно люди, совершенно точно знающие, чего они хотят.

- То есть наши музыканты имеют больше поводов для творчества?

- Да. Здесь нет напряга, а нет напряга - давления нет, фонтан бить не будет. И вот в этом смысле фонтан у вас бьет высоко. Я не знаю, хорошо это или плохо, может быть, лучше пожертвовать интересами рок-н-ролла и жить нормально? Есть страны - Швейцария, Голландия, жизнь в которых настолько идиллична, нет никаких конфликтов и поэтому не нужно всей этой буйной культуры.

- И все-таки рок - это новый язык двадцатого века. Какие у него перспективы развития как у искусства, как у музыки?

- Можно провести параллель с поэзией. Когда выезжаешь на Запад, то в Англии, в частности, бросается в глаза, что поэзии в нашем понимании не существует. Поэзия здесь не оратор, не трибун, не общественный деятель, поэты занимаются изящной словесностью и имеют очень маленькую аудиторию. И такая же ситуация с рок-музыкой. Политическим роком здесь никто не интересуется, потому что для этого есть другие каналы - десять, пятнадцать политических партий разных видов и оттенков, общественные группы давления - то есть обычные, нормальные способы...

- Отработанные десятилетиями...

- Более чем десятилетиями! У нас ведь королю голову отрубили в 1648 году, а в России... В этом историческом разрыве заложен ответ.

- Я недавно был на концерте "Трубного Зова". Без Баринова, естественно... Они взяли женскую танцевальную шоу-группу, но смотреть и слушать их скучновато, все это выглядит как-то плоско, неинтересно. А что делает их бывший лидер?

- Я его совсем недавно видел, он на несколько дней приезжал из Америки - он сейчас в Калифорнии. Долго не мог набрать ансамбль. Он не хотел брать наймитов - то есть людей, которые заинтересованы в успехе, в карьере, в деньгах. В Америке это довольно нелегко. Баринов хотел создать группу-семью, для этого ему пришлось несколько раз сменить состав. Сейчас он вроде бы нашел нужных людей, которые могут, как он сам сказал, образовать семью, которые верят на таком же уровне, как и он.

- Идеи у него те же?

- Идеи те же, только он собирается все это делать на русском и на английском. Сейчас они заканчивают свой первый альбом и у него есть грандиозный план - провести "Марш во имя Иисуса". Он хочет сделать такой караван из нескольких десятков грузовиков; чтобы с ним были миссионеры, несколько рок-групп, чтобы они разбивали палаточные города, чтобы люди приходили на бесплатные концерты. И в первую очередь он собирается поехать в Россию, провести марш там. Уже посланы обращения к советскому и английскому правительствам.

- А сам ты не собираешься в СССР?

- У меня гастрольное отношение к поездкам. По работе я могу поехать, а так - не особенно...

- Последний вопрос. Твое отношение к тому, что у нас принято называть перестройкой?

- Я приветствую все положительное из происходящего, но здесь есть элемент... Как барон Мюнхгаузен себя за шнурки вытаскивает, здесь тоже нет точки опоры. Все мышление идет по той же плоскости, по одному и тому же кругу. Хотелось бы, чтобы был сделан своего рода квантовый скачок на новый уровень, а это, к сожалению, невозможно при существующей обстановке. У вас ведь бюрократический аппарат как бы ни ругали - сейчас на бюрократов обрушиваются - кроме них, страной руководить некому. Поэтому у авторов перестройки задача очень трудная и незавидная. Я, конечно, болею за дело, но понимаю, что у перестройки есть свои исторические ограничения, за которые не выпрыгнуть. Нужно ждать, пока народится новое альтернативное молодое поколение людей умственно и душевно свободных. На нашем историческом уровне мы должны понять одно: эволюция - это да, революция - нет.

Беседу провел Анатолий Гуницкий, ленинградский рок-журналист

<< к списку статей

 

пишите Севе Новгородцеву:seva@seva.ru | вебмастер: webmaster@seva.ru | аудиозаписи публикуются с разрешения Русской службы Би-би-си | сайт seva.ru не связан с Русской службой Би-би-си
seva.ru © 1998-2015