СЕВАОБОРОТ

Слушайте эту передачу:

 mp3

Читайте также:

20 августа 1988: Письма слушателей. Работа международной почты

Гость: Сэм Джонс, сотрудник Русской службы Би-би-си, автор музыкальных программ

Сева: Добрый вечер, друзья. С вашими письмами и работой международной почты я связан почти вот уже десять лет. Много было за эти годы всякого. Много было писем трагических, критических, веселых и грустных. Но еще больше, как говорят, было писем, до нас вовсе не дошедших. Вокруг этого целый, понимаете, народный эпос вырос. Ну есть, например, анекдот о том, что корреспонденцию советских граждан не проверяют, но письма антисоветского содержания не доставляются. Письмоносцев, мы помнится, разделяли на отряд письмодоносцев – тех, которые содержание писем доносят, и письмонедоносцев, которые вообще писем не доносят. Сами письма подразделяли на «проходимцев», которые проходили через третьи страны, несмотря ни на что, и «доходяг», которые все же доходили напрямую. В письмах часто вообще обращаются к проверяющим с просьбой пропустить. И на прошлой неделе я обратился с призывом к штемпелюющим – давать почетче оттиск, к распечатывающим – не жалеть пару и покруче кипятить чайник, и к заклеивающим – ровнее и тоньше класть гуммиарабик. И вот сегодня, дорогие друзья, мы будем, в общем, говорить о ваших письмах, зачитывать их, потому что их собралось много, и говорить о работе международной почты. У нас сегодня в гостях Сэм Джонс – наверное, об этом вы уже знаете, потому что и я объявлял, и он объявлял. И для начала, я думаю, во-первых, поприветствуем Сэма Джонса. И для начала я зачту письмо совершенно свежее, пришедшее из города Борисоглебска, из Воронежской области. Написал его Свербеев Дима. Он мне так прямо и пишет: «Фамилию мою, Сева, смело называй». И вот Дима пишет: «Здравствуйте, уважаемые товарищи проверяющие таможенники. Я поздравляю вас с прошедшим праздником 70-летия таможни. Желаю вам всего самого хорошего и наилучшего, а еще того, чего сами себе желаете. Неужели после таких искренних поздравлений и пожеланий вы не пропустите мое письмо? В стране-то у нас гласность и перестройка!»

Леонид Владимиров: Видите, пропустили!

Сева: Да. «Я же послал за границу уже много писем, и ни одно из них почему-то не дошло. Почему это так? Для улучшения обстановки в мире нам надо поддерживать связь с друзьями из других стран. Так что письмо мое пропустите, пожалуйста. До свидания, Дима». Да, письмо, действительно, дошло. Сэм, а ты же ведь сидишь на телефоне каждую неделю.

Сэм Джонс: Да, в отличие от тебя – почтальона, я работаю телефонистом, надо сказать. И звонят очень многие. Надо сказать, что телефонные звонки доходят. Очень многие могут дозвониться сюда, в Лондон. Правда, многие говорят, что в некоторых городах, например, в Запорожье и в глубинке, каждый раз, когда они поднимают трубку и просят телефонистку: «Девушка, соедините с Лондоном», в ужасе бросает трубку и в общем-то, и не соединяет. И знаю, что порой (говорят «оператор» по-английски, по-русски, по-моему, просто телефонистка международная) меня извещает: «не кладите, пожалуйста, трубку, потому что у вас еще двадцать звонков из Ленинграда, тридцать звонков из Москвы». Но должен сказать, что принимаю звонки я один, и всё, что я как обыкновенный человек в состоянии принять – это где-то более двухсот телефонных звонков в месяц. Принимаю звонки каждую пятницу.

Сева: И Сэм, конечно, сообщает, о дошедших или недошедших письмах. Речь о письмах, о недошедших письмах идет.

С.Д.: О да, еще какая речь. Надо сказать, что очень многие письма ни мне, ни тебе, Севушка, почему-то не доходят.

Сева: На эту тему мы поподробнее поговорим, наверное, часа через... половинку. А сейчас, я думаю, нам для раската нужно что-нибудь послушать музыкальное. Из событий недели для любителей рок-музыки могу сказать, что сейчас, вот в данную минуту, в сей момент, в субботу, 20-го числа, в городе Донингтоне, проходит огромный ежегодный рок-фестиваль международный под названием Monsters of Rock – «Чудовища рока», на котором «красной строкой», то есть главным выступающим является наша английская группа Iron Maiden. И вот эта группа выпустила недавно одиночную пластинку под названием The Evil That Men Do, то есть «Злодеяния, которые делают люди», и вот эту пластинку мы сейчас и послушаем.

Музыка

Сева: The Evil That Men Do, группа Iron Maiden, выступающая сейчас на Донингтонском фестивале.

Сева: Вот письмо из Северодонецка, написал его Стас. Вот он пишет нам: «О «Севаобороте». Слушаю с самого зарождения этой прекрасной программы, очень интересно для нас и, в частности, те темы, которые связаны с молодежью и досугом. За всё время пропустил две программы, и то одну из них я слушал в записи с магнитофона. А приторчали мы о сексе и эмиграции».

Л.В.: Класс!

Сева: «Слушаем, а наутро или в понедельник все слушатели собираются у меня на работе, в лаборатории, и мы «обсасываем» каждое слово. А особенно нравится ваш искренний хохот в шумной компании. Да и с юмором у вас всё на высоте. Леонид Владимиров интересно как вставит, и серьезно, и тут же он же энциклопедия в живом виде. Ну и, конечно, женщины тоже хороши, как и все участники программы. Сева, я думаю, можно поговорить о стихийных бедствиях или телевидении, или зоопарки». Интересно. Второе письмо, которое сопрягается с первым, но на теоретическом уровне. «Здравствуй, многоуважаемый Сева. Пишут тебе твои давние слушатели Олег и Андрей из древнейшего града U.F.A.» - то есть это Уфа. – «Ошибочка – это прочтение в постоянном цикле программ по письмам складных лаконичных писем, слегка ублажающих и малость журящих сочинений. Не хотим обижать слушателей, но признаемся, друзья, что многие из нас подштамповывают свои послания под удачно прочтенные письма других. С одной стороны, это шанс попасть в передачу, с другой – содранный почерк других, удостоившихся внимания многоуважаемого Севы. Не в обиду вам будет, Всеволод Борисович, сказано. Поэтому мы предлагаем, хотя это дело твое, читать письма и тех, кто особо не выделяется своим складноречием. И еще: ввести в «Севаобороте» вдобавок к рубрике «Письма» перечень поступивших писем на неделе – имя, город, что само по себе даст знать всем жаждущим и переживающим, отославшим тебе письмо, не важно, то ли в поп-программу, то ли в «Севаоборот». Вот лично мы от твоего «Севаоборота» ждали большего. Поначалу мы подозревали его как добавку во времени к поп-программе, а после, узнав, о чем он, - и уши завяли. Базары, базары на различные темы, даже про зубы. Это нас расстроило. Но после слегка обрадовало, так как передача по сути отличная, без зазоров».

Я думаю, что мы прервемся опять слегка и послушаем следующий музыкальный отрывок. Это второй гастролер, который сейчас выступает на фестивале в Донингтоне. Зовут его Дэвид Ли Рот, он был солистом группы Van Halen, и приехал сюда, в Донингтон, сейчас уже как солист со своим аккомпанирующим составом.

Музыка

Сева: Композиция Skyscraper – «Небоскреб». Дэвид Ли Рот, выступающий сейчас на фестивале в Донингтоне.

Сева: Но распростимся с поющим железом и предоставим микрофон Алексею Леонидову, который расскажет нам, что же произошло в Англии за истекшую неделю.

Алексей Леонидов: Сева, ну не только в Англии, давайте не будем ограничиваться только туманным Альбионом. В пятницу на соревнованиях по легкой атлетике в Брюсселе чемпион мира англичанин Стив Крам показал лучшее время сезона в беге на 1500 метров. Сегодня Стив Крам узнал из газет, что восемь космических знаков предсказания судьбы расположены к нему чрезвычайно благоприятно, и ему обеспечен успех на Олимпийских играх в Сеуле. Однако только в том случае, если ему удастся избежать сексуальных контактов. Таково предсказание самого знаменитого предсказателя судьбы корейской династии Ли. Его предсказания стали теперь частью корейского телекоммуникационного управления, которое предлагает свои услуги всем, кто претендует на олимпийские медали. Эти предсказания делаются на основе анализа древних знаков мистической системы XVII века – неба, земли, воды, огня, гор, рек, дождя и ветра. Стоит ли говорить, что эти предсказания делаются не бесплатно. Конечно, было бы нелепо предполагать, что Стив Крам самолично обратился к услугам корейского телекоммуникационного управления – за него это сделала лондонская газета Times, ничего, конечно, не сообщив Стиву Краму. А вот другой олимпиец – член британской команды по конному спорту капитан Марк Филлипс – оказался менее удачлив. Корейское телекоммуникационное управление рекомендует ему быть более осторожным в выборе партнеров и партнерш в Сеуле. По ходу дела хочу отметить, что жена капитана Филлипса – принцесса Анна – дочь британской королевы Елизаветы и одна из наследниц королевского престола. Более того, для достижения успеха на Олимпийских играх корейское управление рекомендует капитану Филлипсу сменить лошадь.

Неделю назад я рассказывал о скандальной книге Альберта Голдмана «Жизнь Джона Леннона», в которой автор утверждает, что в последние годы жизни Джон Леннон стал не только затворником, но также гомосексуалистом и наркоманом. На этой неделе стало известно, что книга Голдмана – это совсем не последнее слово о члене группы Beatles. Это как бы начало, или открытие осеннего сезона. Дело в том, что осенью на экраны выйдет двухчасовой документальный фильм о Ленноне, который создал продюсер и соратник знаменитого Жака Кусто – подводного исследователя. На производство этого нового фильма ушло ни много ни мало семь миллионов долларов, название фильма – Imagine. Кроме того, в печати появится еще одна книга, которая также будет называться Imagine. Автор этой книги – вдова Джона Леннона Йоко Оно.

Сева: Вы знаете, ваше сообщение на прошлой неделе меня несколько врасплох застало. Но я за эту неделю подчитал газеты, могу сказать всем, что, во-первых, первая жена Леннона Синтия, во-вторых, их продюсер Джордж Мартин и Пол Маккартни, его ближайший друг, который знал его со школьных лет, все втроем обратились с призывом к читателям: бойкотировать эту книгу, не покупать ее, назвав ее сфабрикованной и лживой.

А.Л.: Хорошо. Сева, ваши слушатели, любители рок-музыки, конечно, не смогут купить эту книгу. Но вам придется ее прочитать и рассказать, ведь им же, наверное, все-таки будет интересно, какой грязью поливают кумира.

С.Д.: Ну мы ее в «Литературных чтениях» дадим в качестве аргумента.

А.Л.: А вот у меня еще пара сообщений. Китайская газета «Женьминь Жибао» опубликовала статистические данные, согласно которым в Китае проживает 220 миллионов человек, не умеющих ни читать, ни писать. Это означает, что каждый четвертый неграмотный человек на нашей планете – китаец. На этой неделе в книгу рекордов Guinness Book of Records внесен новый рекорд – самая продолжительная, самая длительная, самая дорогостоящая поездка в такси. Английский водитель такси Гай Смит отправился в своем такси в Австралию. Расстояние от Лондона до Сиднея 11 тысяч миль, поездка будет длиться 11 недель, и счетчик такси всё время будет включен.

Сева: Добавляю: такси его собственное, счетчик он потом скрутит.

Пригласить Сэма Джонса на передачу без его музыки, сами понимаете, невозможно. Поэтому мы попросили его принести сегодня что-нибудь на свой выбор. И несколько слов о той песне, которую мы услышим.

С.Д.: Ну, дело в том, что, будучи в Америке, мне подарили несколько пленок киевского барда Никиты Джигурды. И он мне дико понравился. Но, к сожалению, Никиту Джигурду в своей программе «Перекати-поле» играть не могу, потому что Никита, насколько я знаю, живет еще в Киеве, в Советском Союзе, а «Перекати-поле» - это программа, конечно, эмигрантских певцов. Но должен сказать, что если Никита хотя бы на полгода уедет из Киева куда-нибудь в Таджикистан или в Литву, то уже под этим предлогом я смогу воткнуть его в «Перекати-поле». А говоря о передаче «Перекати-поле», она, кстати, 6 октября будет на международной радиоярмарке представлять русскую службу Би-би-си и будет идти целиком, так сказать, с радиоярмарки. Если к этому времени Никита куда-нибудь переедет, хоть на один день, я обязательно его «воткну» в эту программу. А сегодня все-таки, думаю, послушаем одну песню Никиты Джигурды о перестройке, и вот она сейчас прозвучит в эфире.

Музыка

Сева: Да, эта песня была предложена Сэмом Джонсом. Следующее письмо написано...

С.Д.: Это вы хотели отмежеваться, так сказать? Кстати, многие наши слушатели в телефонных звонках высказывают предположение, что мы с Севой заклятые враги. Сева, скажи что-нибудь!

Сева: Нет, ты мне друг!

С.Д.: Нет, ты скажи, ты меня уважаешь или ты меня не уважаешь?

Сева: Слушайте письмо из Минска, написал Андрей. Это он пишет по поводу спутникового телевидения. «Пишут тебе юные радиолюбители и металлисты из Минска. Не отрывая ушей от приемника, с любопытством слушали рассказ о возможности приема западноевропейского телевидения в СССР. На следующее утро половина города заразилась постройкой соответствующей аппаратуры. Но никто ничего не знал о том, какая должна быть схема. А с литературой у нас туго, нигде ничего не узнаешь. В общем, просьба такая. Зайди к мужичкам-техникам и попроси нарисовать схемы конвертеров, а также размеры и параметры антенны. Не забудь также спросить о настройке аппаратуры на нужный спутник. Знай, что если твой ответ дойдет до нас, то эта схема превратится в готовый продукт, причем в огромном количестве. Да, мы с тобой сможем вместе проверить, как работает почта. Не забудь поставить дату отправления. Если есть возможность, пришли детали в соответствии с русскими стандартами, или американскими фирмами – так будет легче найти аналоги. Как только получишь письмо, не забудь сказать мне об этом в одной из передач – я буду следить. Пишу в первый раз, поэтому жду ответа». Ну вот, собственно, ответ уже и прозвучал. Что касается технической стороны, то мы как бы на самообеспечение переходим. Потому что сами себя развлекаем, сами себе шутки выдумываем. И вот письмо, пришедшее через Швейцарию, должен сказать, повествует о следующем: для всех, интересующихся техническими подробностями, прошу взять карандаш или ручку и бумагу и записывать.

С.Д.: Или домашний компьютер.

Сева: Или домашний компьютер. «Здравствуйте, уважаемый Всеволод Борисович. Это письмо-пройдоха от вашего верного слушателя из Ленинграда. Раньше не писал, но есть оказия и есть информация. Надеюсь, что письмо это дойдет раньше, чем вы сделаете программу о спутниковом телевидении. Во-первых, мы уже смотрим. На полностью отечественном самодельном оборудовании с антенной в полтора метров диаметром. Во-вторых, при поблочной замене и просто сравнении наша дает лучший результат, чем фирма. В-третьих: видно с четырех точек восемнадцати программ, из них семь хорошо и две из семи – интересны. Даже для не знающих языка. А теперь присказка. Помните, Всеволод Борисович, ДК Кирова в Ленинграде, а при нем кинематограф? Показывали там хорошие старые фильмы, часто трофейные. Шел там какой-то американский фильм с немецкими титрами. И «вылетел» микрофон у переводчицы. Английский текст идет, титры видны, а перевода нет. Минуту-другую, свист, крики: «перевод!» И тут сзади кто-то громко и спокойно говорит: «А чему вас в школе учили?» Общий хохот – и тишина. Вам пишут: пришлите TVRO или пришлите LNB, то есть low noise block converter. А чему вас, ребята, в школе и в институте учили? Может, вам еще и «Мазератти багги» со спутниковой связью и бортовым компьютером в придачу? Так вот. Вся информация о том, как сделать TVRO в первом приближении и всё оборудованием есть здесь. Но в рассыпанном по различным журналам и книгам, предприятиям и «почтовым ящикам» виде. К сожалению, какой-то гад уже вырезал наиболее доступные статьи из журнала El Rad в ГНТБ в Москве, где можно было сделать без проблем копии. Но для начала это дает два канала в довольно сильных шумах, можно обойтись и минимумом. Конкретно: антенна, фиксированная на одну точку, - санки-ледянки диаметром 75 сантиметров, цена 2,50 в любом детском магазине. Никакого LNB – сразу преобразование вниз с гетеродином, либо на диоде, либо с кварца и умножением частоты. Подробности и названия не пишу официально – это дубовая техника вчерашнего дня. Кто сумеет преодолеть это – пойдет и дальше. Большая тонкость здесь – аккуратно смешать и выделить разностный сигнал. Подсказка: радарные системы гражданской авиации. И не надо из блока, смотри описание – оно достаточно доступно. Это задача один. А далее – серьезная задача два. Усилитель ПЧ с малыми шумами плюс второй гетеродин. Под этот второй гетеродин удастся переделать блок ДМБ. По какой схеме – думайте, ребята. И серьезная задача три – это фильтр АФ 27 Мгц, чтобы выделить первый канал. Повозитесь. А дальше – в телевизор. Но. Звук находится на другом расстоянии от изображения, причем для каждого канала – свой. Не 6,5, как в СССР, и не 5,5 Мгц, как в Европе. Дальше: изображение бывает и в позитиве, и в негативе. Успехов! Еще пара подсказок: делайте одноосную, параллельную от земли систему подвижки с подстройкой по высоте. Пересчет координат – а чему вас, ребята, учили на географии, астрономии, математике? И для начала делайте всё на волноводной технике, так как с нее всегда сумеете перейти на микрополосковую. Но для волноводов вы найдете аппаратуру для настройки, а для полосков вряд ли. И последнее. Просто необходимо делать всё в виде заменяемых блоков, стыкующихся не только между собой, но и с западными образцами. Если у вас не получается, это не значит, что этого сделать нельзя. А к вам, Сева: не надо давать всю информацию обо всех спутниках и каналах, важно просто указать один-два помощнее здесь с одного из более доступных спутников. Остальное – найдут. Важнее объяснить поблочные требования и структуру TVRO, усиление, шумы, полосы пропускания, частоты гетеродинов. И, конечно, устройство сигнала, начиная с того, что сейчас идут со спутников всего лишь линейные - вертикальные и горизонтальные поляризации, а не круговые, как указано в старых статьях. И кончая тем, что там не просто звук или «стерео», а кое-какая служебная информация».

С.Д.: Автору этого письма очень повезло. Например, меня в школе ничему этому не учили. И в институте тоже.

Сева: Хорошо. Давайте сейчас послушаем памятные даты и юбилейные события, которые, как всегда, напомнит нам Леонид Владимиров.

Л.В.: Ну, прежде всего, конечно, приходится вспоминать печальную годовщину – двадцать лет назад, в ночь с 20 на 21 августа 1968 года началось вторжение советских войск в Чехословакию. Формально это, конечно, было не вторжение, а вступление, и не советских войск, а вооруженных сил варшавского договора. И, безусловно, по просьбе чешских и словацких трудящихся. Но лицемерие брежневской эпохи разоблачать уже излишне. Об этом сейчас открыто пишут в советской печати. Вот, скажем, 3 августа в «Литературной газете» было как бы походя сказано, что брежневский период, подобно сталинскому, заслуживает название средневековья. Это верно. Беда в другом: хотя директор института Маркса, Энгельса, Ленина при ЦК КПСС Смирнов еще год назад выразил осторожное сомнение в правильности вооруженной интервенции 1968 года, она до сих пор не осуждена открыто как проявление брежневского средневековья, пожалуй, даже наоборот. Между тем в Чехословакии 68-го года происходили события, как две капли воды напоминавшие нынешний этап советской истории. Процветала гласность, ликвидировались белые, а точнее темные пятна в истории, создавались неформальные объединения, выдвигались и горячо обсуждались проекты экономических реформ, публиковались запрещенные ранее литературные произведения. Разница, пожалуй, была только в том, что за короткие месяцы «пражской весны» граждане Чехословакии успели получить право на свободный выезд и свободное возвращение в страну. И цензура была отменена формально, по всем правилам. Важно вспомнить, что и отмена цензуры, и право на выезд, и основательное сокращение органов безопасности нисколько не потрясли основ государства. Напротив, популярность коммунистической партии Чехословакии во главе с Дубчеком, Черником, Смрковским, Кригелем и другими прославленными деятелями пражской весны тогда необычайно возросла. В советской печати, даже при нынешней гласности, не пишут, что после августовского вторжения состоялся чрезвычайный съезд компартии Чехословакии, резко осудивший оккупацию страны. Этот съезд проходил на крупном заводе в предместье Праги Высочаны, отчего и вошел в историю как высочанский съезд. Но вскоре из официальной истории КПЧ высочанский съезд был вымаран и остается, по классической терминологии романа «1984» Джорджа Оруэлла, не событием – самым что ни на есть «темным белым» пятном. Его как бы и не было. Но были – и высочанский съезд, и множество других значительных и горьких событий в последние двадцать лет чехословацкой истории. О них, однако, пока молчат. На фоне всеобщей гласности в Советском Союзе подобная безгласность заставляет призадуматься.

И еще событие, связанное с вторжением в Чехословакию. 25 августа 1968 года семеро смельчаков (назову по алфавиту): Константин Бабицкий, Лариса Богораз, Наталья Горбаневская, покойный Вадим Делоне, Владимир Дремлюга, Павел Литвинов и Виктор Файнберг вышли на Красную площадь с протестом против вторжения. Они сели на парапет у Лобного места и развернули лозунги: «Да здравствует свободная независимая Чехословакия» - на чешком языке, и три лозунга по-русски: «Позор оккупантам», «Руки прочь от ЧССР», «За вашу и нашу свободу». В тот момент на Красной площади было особенно много оперативников КГБ, так как ожидался выезд из Кремля чехословацких руководителей, насильно приглашенных в Москву после вторжения. Об этом мрачном эпизоде в Советском Союзе... а он чрезвычайно важен для понимания тогдашних событий. В общем, кагэбэшников было куда больше, чем демонстрантов, так что расправа последовала быстрая и жестокая. Лозунги вырвали, демонстрантов избили. Виктору Файнбергу под антисемитское улюлюканье выбили передние зубы. И увезли. В октябре их судили. Двоих отправили в лагеря, троих – в ссылку, одного – Файнберга – в психбольницу. Наталью Горбаневскую как кормящую мать не посадили за решетку – до чего гуманно!

Теперь очень коротко о других годовщинах предстоящей недели. 25 августа 1938 года, 50 лет назад, умер, незадолго до того вернувшийся в Советский Союз из эмиграции писатель Александр Иванович Куприн – автор «Гранатового браслета», «Поединка», «Гамбринуса», «Ямы», «Штабс-капитана Рыбникова», «Олеси» и других известных произведений.

2 августа 1943 года, 45 лет назад, учреждены суворовские и нахимовские училища. Милитаризация детства, все эти училища, всякие там игры «Орленок» и «Зарница» - такого, боюсь, нет сегодня ни в одной демократической стране.

26 августа исполнится 75 лет редактору «Литературной газеты» Александру Борисовичу Чаковскому. А на пенсию всё не идет. Впрочем, я сам человек немолодой и могу понять, что если здоровье позволяет, то на пенсию не хочется.

20 августа 35 лет назад в Советском Союзе официально объявлено о первом испытании термоядерного оружия. Согласно этому сообщению, взрыв водородной бомбы был осуществлен 12 августа 1953 года.

А.Л.: Коллега, а я не хочу упрекать вас, но хочу напомнить, что вы не отметили одного события. Ведь в день вторжения в Чехословакию началось глушение русской службы Би-би-си.

Л.В.: На следующий день, если не ошибаюсь, но спорить не буду.

Сева: Мы причислим глушение русской службы Би-би-си к еще одному не-событию истории.

Следующее письмо написал 14-летний слушатель из Кишинева, зовут его Женя. Он пишет: «Передайте вашему собутыльнику по безалкогольным напиткам Сэму Джонсу, что им интересуется сотрудник МВД (он даже дает фамилию – интересно?)

С.Д.: Да!

Сева: С.И.Руссу – это в молдавии происходит.

С.Д.: Я знаю Жан-Жака Руссо.

Сева: «Точнее, передает привет за хорошие передачи «Перекати-поле». Могу вас успокоить: он мой сосед и часто приходит ко мне и слушает со мной Би-би-си». Передо мной – вырезка из газеты за номером тридцать два «Аргументы и факты», с 6 по 12 августа. Я зачту несколько строк. Пишет туда слесарь-ремонтник на заводе «Вольта» в Таллинне Харитонов. Он пишет, что он слушал Би-би-си на русском языке, слушал «Перекати-поле», которое вел человек, назвавшийся Сэмом Джонсом, и что сам Сэм Джонс обещал выслать фотографии с автографом Токарева, и что нужно было звонить на Би-би-си второго марта, они звонили из квартиры и так далее, и так далее, разговор занял шесть минут, в конце разговора говоривший пообещал выслать фотографию. Мы, конечно, по наивности ждали, что скоро ее получим. Но уже июль – а фотографии нет. Только теперь понимаем, что попались на удочку. Таким образом, собирается информация о зонах уверенного и плохого радиоприема и, конечно, социальная информация. Сэм, как же вы могли так поступить с людьми? Почему же вы им ничего не выслали?

С.Д.: Но почему ты поддакиваешь «Аргументам и фактам», Сева? Я всегда всё высылаю, и обычно в течение 48 часов. Когда появилась эта статья, то я, естественно, первым делом полез в свой сейф, достал записную книжку за 1 марта, нашел Харитоновых из Таллинна, они были где-то шестыми или седьмыми в тот день, которые звонили, и поверх их адреса жирным фломастером стояла огромная английская буква «S» - то есть в моем жаргоне – send – отправлено. Отправлено на следующий день после того, как они позвонили. Почему они не получили этой открытки, я не знаю. Как ее не получили и многие. Но в то же время я должен сказать, что в каком-то смысле я благодарен советской почте, потому что очень многие, я знаю, получают и открытки Токарева, Шуфутинского, плакаты и даже мои пластинки, которые я всем высылаю.

Сева: Есть люди, конечно, которые получают, но, к сожалению, есть люди, которые не получают, или, вернее, посылают и эти письма нами не получаются. Сейчас у нас на проводе ленинградец Саша, который в моих книгах числится рекордсменом – если не мировым, то уж во всяком случае европейским. Саша, слышите ли нас?

Саша: Слышу, слышу!

Сева: Приветствуем вас на «Севаобороте»!

Саша: Приветствую вас всех!

Сева: Слушайте, Саша. Вы мне писали, как говорит Пушкин, чего же боле. Давно ли начали писать и сколько писем отправили?

Саша: Я слушаю регулярно Би-би-си с 1982 года, и с 1983 года я уже послал по сей день более семидесяти писем. Посылал и по три-четыре письма в месяц иногда. Отправлял письма простые и заказные, и через главпочтамт отправлял письма с уведомлением. Не получал ни ответов, ни уведомлений.

Сева: Да, Саша. Я знал человека, который отправил мне сорок писем без ответа, но семьдесят и даже более семидесяти – еще не было! Будем надеяться, что в новой обстановке всё поменяется, и ваши письма будут ко мне приходить, и я вам буду писать и до вас тоже дойдет или бандероль, или письмо.

Саша: Будем надеяться, ничего больше не остается.

Сева: Спасибо вам, Саша!

Саша: Спасибо.

А.Л.: Саша, вы стали вроде бы нашим первым слушателем, который участвует живьем в нашей передаче, с чем вас и поздравляем.

Саша: Спасибо.

Л.В.: Говорят, лучше один раз увидеть, чем тысячу раз услышать; лучше один раз поговорить, чем семьдесят раз получить письмо. Лучше семьдесят раз послать письмо, чем семьдесят раз получить письмо. Жму вашу руку, Саша! Спасибо!

Сева: Саша, счастливо вам! Всего лучшего!

Саша: Счастливо! Всего хорошего вам! До встречи в эфире!

С.Д.: Да, я должен сказать, что Харитоновы, кстати, и многие слушатели в Советском Союзе, жалуются на то, что телефонные разговоры с Лондоном стоят очень дорого. Три рубля за одну минуту! И многие меня спрашивают: Сэм, а сколько стоит позвонить из Лондона в Советский Союз? Я позвонил на British Telecom – в британскую телефонную корпорацию – и спрашиваю: сколько стоит одна минута разговора с Советским Союзом?

Сева: А мне говорят: пошел ты!

С.Д.: Нет, такого мне не сказали, мне очень вежливо ответили, что после восьми вечера одна минута телефонного разговора стоит примерно 70 центов. Чтобы понять, что такое семьдесят центов – пачка любых сигарет в Англии стоит 1 фунт 56 центов, то есть вдвое дороже.

Сева: То есть фирменные.

С.Д.: Какие фирменные?

Сева: Ну они же фирменные, дорогие! «Мальборо»...

С.Д. (под общий смех): Короче, любая пачка сигарет дешевле фунта пятьдесят шести не стоит.

Сева: Я цифры запомнил. 2 фунта 11 пенсов стоит автоматическая связь с Москвой во внерабочие часы, и 4,92 стоят три минуты через оператора в Москву, что, естественно, дороже. Вот такие у нас расценки.

С.Д.: В общем, я, как я сказал, получаю очень много звонков из Советского Союза, многие мне звонят, многие, конечно, просят поговорить с Севой, которого под боком нету, и в то же время многие жалуются на то, что они очень долго ждут наших отправлений – плакатов, сувениров Би-би-си, фотографий Токарева, Шуфутинского и других, и многие говорят, что они их месяцами не получают или не получают вообще. Но, чтобы не быть голословным, я просто предоставлю слово нашим слушателям.

Телефонная запись: Это Сергей Юров, звоню из Горького, вообще из Горького звоню и звоню уже какой раз. Это же, значит, второй раз я не получаю подарки, так сказать, от Би-би-си. Первый раз это было совсем недавно, тогда был прямой эфир с Би-би-си, это был прямой эфир на группу Beatles, и был приз – двойной альбом Beatles. Его я не получил, хотя прошло уже два месяца. И уже – ой, даже со счета сбился – очень много времени прошло с тех пор, как я не получил календарь от русской службы Би-би-си. И, значит, не знаю, тут люди утверждают, что они высылают всё до копейки, до цента – как у них, я не знаю, - а я ничего почему-то не получаю. Меня это очень удивляет.

Леша Беспалов, город Ленинград. Значит, я получил – месяц шла ко мне бандероль с расписанием передач. Я получил ее в ужасном состоянии: она была вся измятая и вообще, ужасно было просто. Очень долго я ее ждал – даже больше, чем месяц. В общем, в очень ужасном состоянии, плакаты были измяты. Хорошо еще, значок уцелел каким-то чудом. А так – всё было измято, всё было в ужасном состоянии. Неужели нельзя как-то в нормальном состоянии доставить в Ленинград?

Михаил Парамонов, Москва. Мне высылали энциклопедию Би-би-си - 24 декабря 1987 года я звонил. Она до сих пор мне не дошла. Не дошло мне расписание, высланное 25 января 1988 года. Не дошла фотография Вилли Токарева, высланная 25 апреля 1988 года. Мой адрес: Москва, 109052, Роговский поселок, 5, квартира 68. Сэм, я полностью уверен, что ты всё выслал. Потому что, в общем-то, я неоднократно с этим сталкивался, мне высылала не только Би-би-си, но и другие радиостанции – я радиолюбитель. Кроме того, Сэм, я послал более двадцати заказных писем в адрес [НЕРАЗБОРЧИВО], и из этих писем ни одно не дошло к нему. Я подавал уже на многие письма на розыск. Причем международный почтамт сообщает, что по сведениям, якобы полученным от почтовой службы Великобритании, письма он эти получал. Однако на самом-то деле он их не получал и, кроме того, международный почтамт всячески отказывается показать эти официальные бумаги почтовой службы Великобритании, ссылаясь на то, что, якобы, это запрещено, это не разрешается и тому подобное.

С.Д.: И так далее, и так далее, и так далее. Если бы я составил пленку из всех жалоб, которые мы получаем из Советского Союза, Сева, родной, на это не хватило бы нескольких «Севаоборотов». Я должен сказать, что один из слушателей – Владимир Модзиовский из Тернополя – попросил меня сказать в этой передаче, что его друг, фамилию которого он не хотел назвать по понятным соображениям, который работает на почте, прямо ему сказал, что сотрудники советской почты всегда вскрывают все отправления из западных стран и, никого не спрашивая, берут себе всё, что им нравится. Вот такие дела, Сева.

Сева: Что у нас еще за ленты сегодня там представлены?

С.Д.: У нас есть еще одна лента, которую я получил из Барнаула, от Владимира Золотарева. Владимир – составитель альманаха «диэксистов», то есть радиолюбителей-коротковолновиков. И он вкратце комментирует положение с международной почтой и получением ее в Советском Союзе.

Телефонная запись: Нам, «диэксистам», как никому другому известна вся подноготная безобразной работы международной почты. Ибо каждый увлекающийся коллекционированием атрибутики зарубежных средств массовой информации пришел к такому неутешительному выводу, что в учреждениях, куда доставляются наши или адресованные нам международные почтовые отправления, сидят перестраховщики и бюрократы, которым перемены отнюдь не в тягость. Вопрос: до каких пор будут ловить агентов там, где их нет, звучит, понятно, риторически. Ведь бесславные времена врагов народа и массовых профшпионов канули в лету. Куда более уместен другой вопрос: когда же, наконец, мы сможем беспрепятственно осуществлять свое конституционное право свободного почтового обмена корреспонденцией с любыми странами, в том числе средствами массовой информации, продолжать считать которые подрывными идеологическими центрами демократическому государству не пристало. Тогда 90 процентов проблем «диэксистов» и простых радиослушателей отпали бы сами собой. Многие советские «диэксисты» уже неоднократно в попытке добиться осуществления своих прав отправляли серьезные аналитические письма в газету «Известия», в «Огонек», ибо эти издания уже публиковали подобные материалы. Так, старейший эфиролог москвич Павел Михайлов писал, что в высшей степени глупо и мерзко, когда каждого пишущего за рубеж автоматически подозревают в политической проституции и измене Родине. Однако эти письма пока не опубликованы. Если заявления Михаила Сергеевича Горбачева о народной дипломатии – не пустые слова, то пусть он обеспечит наше конституционное право на свободу переписки с кем угодно и о чем угодно. Иначе как же мы будем общаться? Письма пропадают, не доходят ни туда, ни обратно. Обмен крайне затруднен. Почтовые тарифы никак не гарантируют надежности прохождения международной корреспонденции. Получить компенсацию за понесенный моральный и материальный ущерб практически невозможно, так как центральное бюро рекламаций принимает заявления лишь о пропаже заказных и ценных писем. Поиски заканчиваются, скорее всего, выдачей справки: адресат неизвестен или письмо невостребованное.

С.Д.: Это был Владимир Золотарев из Барнаула. Что ж, насколько вы знаете и насколько знает весь мир, радиостанция Би-би-си – радиостанция объективная. Мы выслушали одну сторону дела, и теперь мы решили послушать вторую. Вчера я решил позвонить в министерство связи СССР. Звоню по одному номеру, звоню по второму... Меня футболили из одной организации министерства связи в другую. И наконец, сказали, что я должен разговаривать с заместителем начальника главка министерства связи СССР Сергеем Трофимовичем Цымбалюком, который, как мне сказали, отвечает за международную почту. Вчера ему позвонил, и у нас состоялся с ним такой разговор – включаю пленку.

С.Д.: Мы бы хотели поговорить с Сергеем Трофимовичем Цымбалюком, если можно.

Сергей Цымбалюк: Я слушаю вас.

С.Д.: Вы говорите, да?

С.Ц.: Да.

С.Д.: Добрый день. Я должен вас предупредить, что я наш телефонный разговор записываю, мы собираемся его передавать завтра в передаче «Севаоборот» в 23 часа по московскому времени. Дело в том, что к нам поступает очень много жалоб от наших слушателей в Советском Союзе, которые жалуются на то, что наши письма, бандероли, пластинки, книги к ним не доходят. И несколько из этих жалоб мы собираемся, опять же в записанном на пленку виде, использовать в нашей передаче завтра. Но поскольку мы используем обычно в передаче обе стороны и не даем однобокую информацию, то мы бы хотели знать, что на эту тему может сказать министерство связи СССР. Почему многие наши письма, многие заказные бандероли, посылки не доходят нашим слушателям в СССР и почему они говорят, многие их письма, также заказные, не доходят нам? Сергей Трофимович, что вы можете сказать?

С.Ц.: Ну, я думаю, что это однобокая информация. Те претензии, которые у нас были незначительные, мы их всегда удовлетворяли. И думаю, что здесь работают две стороны: и почтовые администрации Англии, и почтовые администрации Советского Союза. Я думаю, что этот вопрос можно только рассматривать совместно с ними, а не с Би-би-си.

С.Д.: Я понимаю. Сергей Трофимович, передо мной лежат квитанции министерства связи Великобритании – королевской почты – с печатями, которые вышли. Я могу вам зачитать несколько номеров квитанций людей, которые мне только что звонили. И вот передо мной лежат эти квитанции с печатями, что они вышли из Англии. И люди мне звонили – прошло уже почти два месяца, а они не получили наших посылок. Что происходит?

С.Ц.: Хм. Пусть почтовая администрация Англии, как это положено, сделает нам рекламацию, и мы будем разыскивать. Если они не дошли – значит, будем принимать меры, почему не дошли, и искать причины.

С.Д.: Что происходит с простыми письмами, сотни которых мы отправляем с расписанием передач русской службы Би-би-си, открытки всевозможных певцов, музыкантов, которые отправляются простой почтой и не доходят слушателям в Советском Союзе? Что делать с простыми письмами – у нас же нету квитанций на простые письма?

С.Ц.: А как вы докажете, что они не доходят?

С.Д.: Как мы докажем, что они не доходят? У меня есть десятки жалоб на вас.

С.Ц.: Так десятки... Жалобы и к нам приходят, мы их рассматриваем, и к нам таких жалоб не приходило, что не получают письма из Би-би-си. А голословно такие заявления – они...

С.Д.: Это не голословные заявления! Я вам могу дать номера квитанций, например, людей, которые не получили заказные бандероли в течение двух месяцев. Это нормальное явление или нет? Дать вам их сейчас, прямо по телефону?

С.Ц.: Простите, у меня нет возможности так же записать на магнитофон, как у вас.

С.Д.: Возьмите ручку!

С.Ц.: Если у вас есть более конкретные вопросы, пожалуйста, мы их рассмотрим.

С.Д.: Пожалуйста, у меня есть один...

С.Ц.: Пожалуйста, напишите нам письменно, мы посмотрим более конкретно и сможем дать вам ответ.

С.Д.: Один вопрос, который меня очень интересует: я высылаю очень много сувениров Би-би-си – плакаты, наклейки, значки Би-би-си. Эти материалы – они могут быть получены, так сказать, нашими слушателями в Советском Союзе, или они запрещены к доставке?

С.Ц.: Список разрешенных и запрещенных предметов находится в администрации почтовой Великобритании, там можете посмотреть, там всё сказано.

С.Д.: Я понимаю, но там ничего не сказано о сувенирах Би-би-си.

С.Ц.: А что, мы будем в списках указывать все сувениры, которые существуют в мире, для того, чтобы... Би-би-си, а почему не другой какой-нибудь радиостанции? Что, мы будем указывать в этом самом списке для всех радиостанций что можно, что нельзя? Есть четкий список, утвержден, который рассылается во всемирный почтовый союз, и которым руководствуются все страны. А специально для Би-би-си мы, наверное, не будем делать исключение!

С.Д.: Считаете ли вы, что советская почта работает хорошо?

С.Ц.: Я считаю, что лучше.

С.Д.: Лучше чем было?

С.Ц.: Да.

С.Д.: Думаете ли вы, что она могла бы работать еще лучше?

С.Ц.: Думаю, что да.

С.Д.: Сергей Трофимович, можете ли вы пообещать улучшить доставку наших материалов нашим слушателям в Советском Союзе?

С.Ц.: Именно вам, Би-би-си, я ничего обещать не могу, я обещаю от имени министерства улучшить международные почтовые связи во всем мире, а не специально для Би-би-си».

С.Д.: Что ж, такой ответ нам дал Сергей Трофимович Цымбалюк, заместитель начальника главка министерства связи СССР. Сева?

Сева: Передачу по письмам, конечно, надо закончить адресом, по которому письма должны доходить и досылаться. Пишите нам на «Севаоборот» Post office box 76, Strand, London. Повторяю: «Севаоборот», PO box 76, Strand, London. И, Сэм, последнее слово – за гостем.

С.Д.: Я думаю, последнее слово – за одним из моих любимых русских бардов – Никитой Джигурдой, и его песня на всех волнующих нас тему: «СПИД».

Музыка

<< возврат

 

пишите Севе Новгородцеву:seva@seva.ru | вебмастер: webmaster@seva.ru
seva.ru © 1998-2015