СЕВАОБОРОТ

30 декабря 2000: Новогодняя передача

Гости: Борис Гребенщиков, рок-музыкант; Сергей Панцирев, поэт, cоздатель сайта seva.ru; Марк Галесник, поэт, драматург, издатель израильского юмористического журнала "Бесэдер?"; Алексей Леонидов, бывший сотрудник Русской службы Би-би-си и ведущий "Севаоборота"; Анна Панцирева, дизайнер

Сева: Добрый вечер! Наша сегодняшняя передача последняя в этом году. Мы провожаем 2000 год и уверены, что встретим новый год достойно на следующей неделе. Ушедший год был симпатичным для меня - в нем много таких прозрачных ноликов и, составляя программы и надписывая коробки, всегда было приятно их выписывать. Но эти самые нолики были тем предметом, которым нас год назад страшно пугали компьютерщики. На разные темы мы сегодня будем говорить, но начнем именно с этой. Поприветствуем нашего веб-мастера Сергея Панцирева и Анну Панциреву, которые приехали к нам в гости, не побоюсь этого слова, из Венеции! Нынче веб-мастера живут с заездом в Венецию, а потом в Лондон. Сергей, нас страшно пугали этим 2000-годом. Всякая терминология была разработана - вирус Y2K и так далее... В Англии были потрачены миллионы, я помню статьи в газетах, в которых говорилось, что в России на эту проблему не тратится особых средств - "какая отсталость!"

Сергей Панцирев: Я вспоминаю свою английскую знакомую, которая незадолго до нового года позвонила мне и с дрожью в голосе спросила, а все ли будет хорошо в России... У нее мама живет в Москве. Я сказал, что все будет хорошо, а она сказала, что где-то слышала, что из американского посольства людей чуть ли не эвакуируют. На самом деле, страхи по поводу "ошибки 2000 года", про нее сейчас никто уже не вспоминает, оказались сильно преувеличенными. Вопрос, который мучает все человечество в течение 2000 года, заключается в том, а что бы было, если бы эти безумные деньги не были потрачены. Однозначного ответа нет, тем не менее, в России, которая потратила существенно меньше денег на борьбу с этой ошибкой, серьезных сбоев и проблем не было, что говорит о том, что она была надуманной.

Леонид Владимиров: Они молодцы придумывать... Помните, была "атомная зима"? Был страшный фильм о ней, не знаю, помните ли вы его или нет?

Сева: Когда говорят об истраченных деньгах, я говорю, что их кто-то же получил... Стало быть, они с лица земли не исчезли... Трудящиеся, получив эти деньги, тут же отправились в лабазы их как-то реализовывать...

С.П.: Сева, только не надо намекать, что трудящиеся отправились в Венецию...

Сева: Нет, я просто говорю, что деньги ходят по кругу. Истраченные деньги, в принципе, остаются в круговороте страны, просто перекачиваются из одной области в другую.

С.П.: Не без того... То есть деньги эти не были потеряны.

Сева: Тут мне вспоминается, Леонид Владимирович, не знаю, видели ли вы или нет, в лондонской школе экономики, до недавнего времени стоит неуничтоженным огромный аппарат, под который отведено полкомнаты, и в нем воссоздана модель экономики страны через цветную воду. Из большого крана хлещет синяя вода, это как бы деньги - госбюджет - а потом она начинает растекаться по министерствам - на оборону, соцобеспечение, пенсии, какие-то мелкие капли идут на районное образование. Направляя воду туда или сюда, видишь, как экономика страны может функционировать более или менее успешно. Это было очень наглядно. Когда говорят о затратах на какую-то проблему, я всегда смотрю на того, кто эти деньги получит.

С.П.: Я свидетельствую, что лично я "проблемой 2000 года" не занимался, и к этому делу не причастен. Я проверил свой компьютер, убедился, что в нем все в порядке и на этом все закончилось. Но многие мои знакомые действительно получили с этого деньги -- не сказать, что очень большие, потому что в России изначально ту проблему никто всерьез не принимал.

Сева: Может быть, то отчасти потому, что компьютерное оборудование пришло в Россию немного позже, поэтому этих систем, как вы их назвали?

С.П.: Legacy systems - это устаревшие системы. Их просто не было...

Сева: Бог с ними, с компьютерами. Мы провожаем 2000 год, который так и не оправдал своих мрачных предсказаний. Но я сегодня вышел на улицу - мороз - таких морозов в Англии давно уже не было...

Л.В.: Вы знаете, когда я приехал, а это было почти 25 лет тому назад, мне говорили, что тут бывают морозы. Однажды даже было -12. Я рассмеялся и сказал в ответ, что здесь еще можно жить. А вчера передали по телевидению, что в Бирмингеме вчера было -13 градусов.

Сева: Речь идет об одной ночи. Зима с 1963 на 1964 год была очень холодной. Мне лоцман говорил, что тут был такой мороз, что даже Темза замерзла. А я, привыкший к тому, что реки вынуждены замерзать каждую зиму, сказал: "Да, замерзла". Но от гипотермии в ту зиму здесь погибла масса народу...

Л.В.: Я слышал, что и в эту зиму тоже. Это неизбежно, потому что здесь просто нет защиты от холода. Старые или немощные люди не защищены ничем, они просто умрут от холода...

Сева: Архитектура здесь ялтинская - полтора кирпича стенка, окно в одну раму.

Л.В.: Правда сейчас двойное остекление все больше распространяется, но это не настоящее двойное остекление...

Сева: Но вы прибыли из теплых стран, из стран, где теплее... Что происходит в Венеции? Мне не довелось там бывать никогда...

Л.В.: Сева, вы не были в Венеции? Вы знаете поговорку у англичан: "You haven't lived mate". "Ты, значит, не жил..."

Сева: Я думаю, что у нас все еще впереди...

С.П.: Всем, кто не был в Венеции, я смело присоветую поехать туда по возможности, потому что Венеция - это город, изображение которого и близко не передает очарования, которое охватывает любого, кто туда приезжает.

Л.В.: Вообще, туда нужно ехать скорее, а то она утонет...

С.П.: Вот именно. Мы только вчера шли по площади Сан-Марко, где у колокольни стоит самописец, отмечающий уровень воды. По всей видимости, уровень воды за последние годы все-таки повышается, потому что видно, что ступени, спускающиеся к воде, уже почти все под водой.

Л.В.: Но вы знаете, что каждый год сама площадь Сан-Марко превращается в озеро... Каждый год ее заливает водой...

С.П.: Да, совершенно верно. Мы вчера это видели своими собственными глазами. По ней невозможно пройти, на ней стоит вода... Но, конечно, не только водой прекрасна Венеция, она прекрасна еще своей архитектурой, историей, да чем угодно... Для меня, как для большого поклонника Иосифа Бродского совсем по-другому зазвучали многие его стихи, посвященные Венеции.

Сева: Раз уж мы заговорили о стихах, у меня давно уже зреет едкий такой вопрос: наш веб-мастер - поэт, принятый в Союз писателей, и не разу перед народом не раскрылся ни единой строчкой, ни единой рифмой. Кончается год, так уж случилось, что из поэтической Венеции приехал человек сюда. Не пора ли, в самом деле, перед партией раскрыться...

С.П.: Ну, что же, это, не скрою, несколько неожиданная для меня просьба. Я, к сожалению, не прочитаю то, что написано о Венеции, потому что я не готов показывать неоконченное. Но я прочитаю созвучное стихотворение о Питере, потому что было очень много пересечений между моей первой поездкой в Питер и в Венецию. Ощущения, очень трудно передаваемые словами и, быть может, хоть как-то передаваемые стихами... Текст называется "Возвращение".

Вся добыча по осени — мелкий навязчивый дождь,
Да опавшие листья в плену потемневших каналов:
В пограничном граните ты места себе не найдешь,
И на ветер не бросишь пророчеств, как прежде бывало.

Возвращение будет беззвучным: твой голос устал
Заполнять пустоту от небес до земли, повторяя
То мольбу, то проклятие этим холодным местам,
Что кромешнее Ада — и все же прекраснее Рая.

Л.В.: Спасибо большое! Очень хорошо!

Сева: Я вас представляю в виде сцены, у которой довольно много места за кулисами. Поэту, который такие стихи сочиняет, иногда, по-видимому, просто трудно жить...

Л.В.: Почему же...

Сева: Потому что чувствительная натура...

Л.В.: У меня есть многие из стихов Сергея, и он знает, как я о них... Вы знаете, когда человек говорит, что он пишет стихи, то на него смотришь с большой опаской. Думаешь, ну, "чайник"... Стихи пишут все. Говорят, что в Китае больше поэтов, чем во всем остальном мире. Говорят, что в Исландии каждый второй обязательно поэт...

С.П.: Кажется, Довлатов сказал, что литература - это естественное занятие для человека. Поэтому ничего странного нет, что все пытаются...

Л.В.: Когда я узнал, что Сергей пишет стихи, я просто попросил послать мне немножко... У меня есть его стихи, и я могу сказать, что Сергей - это одаренный поэт.

Сева: От Леонида Владимировича дождаться похвалы, в литературном смысле, довольно трудно.

Л.В.: Я большой любитель стихов. Я очень много их знаю наизусть, как вы, наверное, уже заметили; много читаю. Только сегодня я рассказывал Сергею и Ане, как я ухаживал за моей женой. Мое ухаживание проходило так: я водил ее по улицам и читал ей стихи... День я ей читал стихи, второй, а на третий день я сказал: "Вот еще есть стихотворение Мартынова, я хочу вам его прочитать". И тут она остановилась и сказала: "Знаете, Леня, я ведь терпеть не могу стихи!". И я понял, больше не читаю...

Сева: Господа, я, предлагая надеть наушники, специально подготовленные, потому что мы будем разговаривать по телефону и может даже не с одним человеком, и не с двумя. Дело в том, что сегодня мы сидим в дружеском кругу. Напоминаю, что сегодня у нас в гостях чета Панциревых, они веб-мастера нашего сайта www.seva.ru, где сложено все наше интеллектуальное богатство, в неполном пока комплекте. И вот мы, сидя, в теплой гостевой компании, решили позвонить коллегам, без которых сегодняшнее наше сидение было бы невозможным в историческом плане. Я надеюсь, что у нас на линии сейчас Алексей Леонидов, который провел с нами за столом несколько счастливых лет. Алексей, слышите ли вы меня?

Алексей Леонидов: Да, Сева, ваши надежды оправдались... Алексей Леонидов сидит дома и слушает ваши разговоры. Если я на сцене, то у меня тоже есть кулисы. Эти кулисы - моя семья, которая сидит сейчас за круглым столом и поедает салат с домашними органическими котлетками. То есть если вы услышите стук ложек и вилок, то не удивляйтесь.

Сева: Алексей, я не скрою, что я был у вас в гостях недавно, и у вас на стенах висят фотоснимки вашей деревни, сделанные с вертолета. На общем плане вашей деревни, название которой я просто так в эфире произнести не возьмусь, там видно все дома, у которых есть бассейн, потому что они проступают на фотографии ярко-голубым цветом. Ваш дом в самом центре деревни обращает на себя внимание особо крупным бассейном.

А.Л.: Это с высоты птичьего полета. По-другому его просто не видно. Вся деревня она в холмах, дома стоят на холмиках... Вот видите, упал нож...

Сева: Мы сегодня обсуждали ваш бассейн, и моя супруга, Ольга, сказала мне, что в ночь с 18 на 19 вода будет заряжаться прямо из космоса...

А.Л.: У нас она сегодня зарядилась, по-моему, сама. Мы выходили из дома, был ясный и солнечный день, и было видно все холмы и вершины, покрытые снегом. Зрелище было, как будто мы в Швейцарии...

Сева: Если бы мы вещали на Южную Америку, впечатлений от вашей речи было бы гораздо больше, потому что жители средней полосы от слова "снег" в восторг не приходят.

А.Л.: Но для нас это большое чудо.

Сева: Алексей, мы хотим пожелать вам всяческих успехов.

А.Л.: Спасибо, спасибо! Но вот тут подошел еще один член семьи, который тоже хочет что-то вам сказать.

Венечка: Здравствуй, Сева!

Сева: Здравствуй, Венечка, здравствуй, дорогой!

Венечка: Я тебя поздравляю с Новым годом!

Сева: И я тебя. У тебя ведь Дед Мороз уже был?

Венечка: Да.

Сева: Он тебе же подарил подарки?

Венечка: Да.

Сева: Я хочу пожелать, чтобы в будущем году ты был еще выше, еще сильнее и еще умнее. Мы тебя поздравляем, а также твоего папу, маму и сестру Сашеньку.

А.Л.: Я чувствую, что пауза затянулась и пора класть трубку.

Л.В.: Он отлично поговорил.

А.Л.: Ну, други, а я вам желаю счастливого Нового Года и всем вашим слушателям тоже.

Сева: Спасибо, Алексей! Мы с вами на этом прощаемся, всего самого хорошего! Сейчас у нас на линии дальнее, теплое государство, которое находится к востоку от Средиземного моря, которое является исторической родиной для многих, не будем уточнять для кого. Это государство - Израиль и там, в столичном городе, издается на русском языке журнал под названием "Бесэдер?". Его создатель и главный редактор был у нас несколько раз в гостях. Мы его приветствуем в дальней телефонной связи. Марк, как вы нас слышите?

Марк Галесник: Добрый вечер!

Л.В.: Как поживете?

М.Г.: Я тут в рубашке с коротким рукавом хожу, но я застал конец вашего разговора про снег. Здесь тоже бывает снег, но такой, что с горки просто не спустишься. Мне нужно было добраться до местечка, которое расположено на соседней горе, но стояла полиция, говорила, что опасно для жизни, много снега...

Сева: В библейском Ветхом Завете есть упоминание снега?

М.Г.: Я не дочитал. Но выпал снег, я пошел домой пешком с большим наслаждением по этому снегу, а когда пришел, то застал такой разговор. Моя жена - экскурсовод Лена разговаривала с водителем, с которым они должны были забрать одного туриста из отеля на Мертвом море. Он говорит ей, что не может подняться в Иерусалим, потому что движения нет, только на бронетранспортере. А жена говорит: "Ну и как мы объясним туристу из Красноярска, что выпал снег и экскурсию отменили?".

Л.В.: Да, снег для Израиля - это большая неожиданность. Но самое интересное, что когда в Москве выпадает снег, то это тоже большая неожиданность для бывшего Моссовета. Он никогда не готовы к снегопаду.

Сева: Легкий снегопад в Лондоне вызывает совершенное смятение. Сегодня, например, вырубилось электричество, прекратилось течение воды из крана. Правда, англичане оперативно все восстановили. Выяснилось, что не снег тому причина, а пожар на электростанции. Во всяком случае, зима имеет к этому какое-то отношение. Марк, я знаю, что вы творите неустанно. Нет такого дня, чтобы вы без строчки спать легли.

М.Г.: Пишу, и с ней ложусь. Ложу рядом, и она лежит. А потом рифмы выползают из-под подушки, и я складываю из них стихотворения.

Сева: Вот какое-нибудь из них, из-под подушки прочтите, пожалуйста...

М.Г.:

Как всегда, вначале было слово,
К слову, мой сосед - дебил,
Однажды утром в полшестого
У меня под дверью возгласил.
Накануне приняли, не скрою,
Разлепляя веки, что твой вий
И тогда желание простое повторяю -
Только не убий.
Бисер гнева твоего едва ли
Сможет оценить сосед-свинья,
Тут меня как раз и повязали,
Все вернулось на круги своя...

вообще у нас в Израиле такой период - выборы через месяц. У нас все время кого-то выбирают, меняют то одного, то другого. И когда это начинается - у журналистов страда - работать приходится, не покладая ничего.

Сева: Марк, спасибо вам большое, за то, что своим искрометным юмором вы нас зарядили и подготовили к новому году, который неизвестно что несет.

Л.В.: Марк, но ваша газета "Бесэдер?" будет процветать в третьем тысячелетии, как и в этом?

М.Г.: Да, я надеюсь. Я чувствую себя в каком-то смысле нарушителем границы тысячелетий. Мне бы хотелось, чтобы и в будущем тысячелетии пограничные конфликты остались в 2000, кстати, високосном году.

Л.В.: Прекрасное пожелание.

М.Г.: Проснуться и сказать: "Граница на замке!".

Сева: Марк, мы желаем вам всего самого наилучшего - вам и вашему журналу. Мы надеемся увидеться с вами в ближайшем будущем. Счастливо вам, всего хорошего!

М.Г.: Спасибо, всего доброго, с праздником!

Сева: А сейчас, господа, у нас на проводе далекий и заснеженный Санкт-Петербург, где температура гораздо ниже, чем у нас, но где поэтическая мысль бьется у виска с не меньшей силой. У нас на проводе, мы надеемся, Борис Гребенщиков.

Борис Гребенщиков: Добрый вечер! Очень рад вас слышать.

Л.В.: Борис, добрый вечер, дорогой. Мы соскучились. Приезжайте в Лондон на Севаоборот!

Б.Г.: Я тоже скучаю.

Л.В.: А то все в Непал, да в Непал... Иногда надо и в Англию заехать...

Сева: Кстати, о Непале. Когда последний раз там довелось быть?

Б.Г.: Недели три тому назад.

Сева: Я тут читал книжку одного автора по оздоровительным темам, который утверждает, что в Непале есть человек, который родился согласно его метрике, в 1856 году. Такое, видимо, возможно...

Б.Г.: Да, там есть люди и постарше.

Сева: Боря, каким был этот год, как он сложился, в каких странах довелось побывать, что увидеть?

Б.Г.: Довелось побывать в Индии, два раза в Непале, в Чехословакии, Англии, два раза в Америке, в Германии, Японии и при этом гастроли в России, поэтому родина не была обойдена вниманием. Все очень просто, замечательно и интересно.

Л.В.: Борис, а вы в Москву заезжаете с гастролями или нет?

Б.Г.: Постоянно. Чаще всего. В Москве много клубов, где можно играть и получать от этого удовольствие.

С.П.: Последний в этом тысячелетии концерт был в Москве, да?

Б.Г.: Нет, последний концерт был в Петербурге.

Сева: Да, за автором не угонишься...

Б.Г.: Да, я сам за собой угнаться не могу...

Сева: А что от вас можно ждать в смысле записи? Я знаю, что недавно у вас вышел компиляционный диск с записями старых лучших песен.

Б.Г.: Да, там было и несколько новых песен.

Сева: Я знаю, что в творческий процесс чужим пальцем влезать нельзя, потому что дело тонкое и материя такая, как плазма, может материализоваться, а может и нет...

Л.В.: Но все-таки послушать хоть немножко надо...

Сева: Сейчас нет, не готово...

Л.В.: Ну не новое, а хоть что-нибудь.

Сева: Нет, нет, сейчас ничего нет. Боря, мы желаем вам самого лучшего, свершения всего задуманного, как бы кристаллизации всего, что еще не полностью задумано. Надеемся увидеть вас в Лондоне и услышать новые записи.

Л.В.: Борис, приезжайте, а мы здесь все равно играем "Аквариум" время от времени...

Б.Г.: Огромное спасибо! Англия - это моя вторая родина...

Сева: И она вас помнит...

Б.Г.: Рад. И я помню всех вас.

Л.В.: Привет супруге.

Сева: Всего самого доброго, до свидания. Мне наш продюсер делает знаки, свидетельствующие о том, что наш постоянный участник нашей команды Татьяна Берг, которая физически отсутствует сегодня в студии, с нами присутствует душевно, потому что она прозвонилась к нам из далекой страны под названием Германия. Она у нас в Германии?

Л.В.: В Германии, в Германии...

Сева: Она у нас есть на линии?

Т.Б.: Есть, и вовсе не в Германии, а под Парижем...

Сева: Ах, вот как! Танечка, какая разница - Париж, Германия...

Т.Б.: Все равно Европа!

Сева: Значит, вы в Париже - столице Франции - я хочу немножко блеснуть знаниями географии. И вы там по служебным делам, как я понимаю?

Т.Б.: Нет, отнюдь. Я просто наслаждаюсь жизнью и собираюсь встречать Новый год.

Сева: Там более значим ваш вклад в сегодняшний "Оборот", потому что вы, находясь на каникулах, все же решили не пренебрегать своим правом на труд.

Т.Б.: Вы бы мне просто не позволили...

Сева: Что у вас происходит, Танечка?

Т.Б.: Сегодня просто замечательный солнечный день - у вас, как я слышала, снег и холод - а у нас тепло и солнце. Правда, говорят, что первого января над всей Францией будет лить проливной дождь, но пока все замечательно. Я сначала для местного колорита хотела бы рассказать очаровательную историю, очень коротенькую. В Париже, как и у нас в Лондоне, есть бездомные. И вот один такой бездомный уже довольно преклонного возраста обитает на островке Сен-Луи. Это крошечный остров на Сене, прямо за островом, на котором расположен Собор Парижской Богоматери. На Сен-Луи жилье стоит астрономических денег. Там за неказистыми фасадами скрываются роскошные отели, где есть церковь под названием Церковь св. Людовика на Острове. И вот поблизости к этой церкви и обосновался наш герой. Каждую пятницу туда подъезжает роскошный "Мерседес", из него выходит элегантный мужчина средних лет, и, невзирая на отчаянные протесты бездомного, впихивает его в машину и увозит. А дело в том, что он - отец одного из крупнейших французских хирургов. В конце недели сын забирает отца домой, моет, кормит и пытается вновь приобщить его к нормальной жизни. Но в понедельник, как только сын уходит на работу, папа тут же удирает и продолжает бродяжничать. Но это история для местного колорита, а теперь главное, чего вы, наверное, от меня ждете. Как Париж собирается отметить Новый год и конец тысячелетия? Центром торжеств станут Елисейские поля, где в предновогодний день соберется от 500 до 800 тысяч человек. На всем этом, как говорят французы, самом красивом проспекте в мире, от площади Согласия до Триумфальной арки состоится совершенно необычное по пышности свето -, звукопредставление. Неподалеку, на Марсовом поле, Эйфелева башня ровно в полночь засияет синим светом впервые в своей истории и будет сиять так до шести часов утра. А перед центром Жоржа Помпиду в 11 вечера французские, польские, голландские, бельгийские, немецкие, ирландские и шотландские музыканты начнут играть на тысяче барабанов. И я вам гарантирую, что на этом концерте, который называется "2000 полуночных ударов" меня точно не будет. А за сим поздравляю вас и всех наших слушателей с Новым годом!

Сева: Танечка, огромное вам спасибо! Мы сидели тут, как говорится, высунув языки. Вы, я надеюсь, возвращаетесь в Лондон вскоре?

Т.Б.: Безусловно. Через несколько дней.

Сева: Мы вас ждем со всеми вашими впечатлениями. Счастливо вам встретить Новый год.

Т.Б.: И вам всего доброго, счастливо!

Сева: Это была Татьяна Берг из Парижа, из Германии... А сейчас Леонид Владимирович напомнит нам юбилейные и памятные даты предстоящей недели.

Рубрика «Юбилейные и памятные даты»

Сева: Спасибо, Леонид Владимирович! У нас сегодня косвенно разговор заходил о чистоте стиля. Вы слушали стихи Сергея Панцирева, он, в свою очередь, цитировал Бродского, а вы читали Мандельштама. Моя биография складывалась несколько иначе: дул в кларнеты, долго играл на саксофонах, но в области оркестрового и импровизационного джаза чистота стиля, элегантность, логичность фразы, музыкантами оценивается ничуть не меньше, а может быть и больше. Один из моих близких приятелей спустя много лет вернулся к игре на кларнете из любви к чистоте стиля...

Л.В.: Через 40 лет?

Сева: Он преподаватель-саксофонист, вырастил несколько классиков жанра, но инструмент - кларнет, с которого он начинал, он оставил на много лет, а потом вновь вернулся к нему, но, по-моему, выучил другую систему...

Л.В.: 13 лет хожу на Севаоборот и каждый раз что-то новое узнаю!

Сева: Короче, Геннадий Гольдштейн, немецкий музыкант, сформировал меня, сидящего перед вами в значительной степени. Он первые преподал мне уроки многого, в том числе и вегетарианства. Он пишет: "1953 год - что может быть смешнее? Модный подросток в коричневом пальто из бобрика и мутоновой папахе. Конечно, птица ничего не знает о воздухе, а рыба - о воде. И все-таки, в отличие от них я догадывался, что воздух не тот, вода - с гнильцой. Но музыка, как утопия, амброзия, анестезия, была спасением от страшных реалий, которые я все же замечал боковым зрением, спасением от всеобщих страха и лжи, от рыдающей по Сталину толпы. Я был не с ними, боли не было, я был нематериален и обречен на счастье... Некоторые говорят, что это бегство от действительности. Да, это так. Но я бы сказал, что это поиск противоядия от действительности, отравленной агрессивными сообщениями и силовыми решениями...

+ Геннадий Гольдштейн

Сева: Просто хочу добавить, что на саксофоне играет Давид Голощекин, который с тех пор мог уже стать заслуженным или даже народным артистом Российской Федерации.

Л.В.: Вы знаете, ваш друг упомянул дату - март 1953 года. Я думаю, что даже Сева был тогда довольно маленьким...

Сева: Я лежал со скарлатиной в детской больнице, а мама прислал мне передачу, в которой написала: "Севушка, плачу вместе со всем осиротевшим народом...".

Л.В.: Вот-вот. А я вместе с осиротевшим народом был в лагере. Могу свидетельствовать, что я не видел ни одного зека, который бы действительно горевал. Таких не было. Недавно кто-то вспоминал, что он был в лагере, и там заключенные плакали. Не знаю, что за лагерь. У нас не плакал никто. А администрация не могла не плакать. Им нужно было это делать так, чтобы все видели, что они плачут. Они из всех сил вызывали плач. Правда, надзорсостав был честнее. Он особенно не плакал. А остальные были наемные. Они все вот так выкобенивались.

С.П.: Какой все-таки интересный был XX век. Как по-разному складывались обстоятельства нашей жизни...

Сева: Я просто хочу сказать, что вот этот психологический строй, после того, как поколение, которое его пережило, уйдет, объяснить будет очень сложно. Нельзя объяснить нелюбившему, что такое любовь, неголодавшему, что такое голод и страх.

Л.В.: Конечно. Я год и столетие стоят того, чтобы о них поговорить... Бедные историки XXII и дальше веков, которые будут писать очень серьезные работы...

С.П.: Диссертации защищать...

Л.В.: Диссертации защищать тысячами, по поводу извращенной психологии и нацизма, и коммунизма. Это очень разные вещи, очень... Вы знаете, нацизм говорил гражданину Германии: "Ешь и молчи". А сталинизм говорил жителю СССР: "Не ешь и кричи "ура"". Были и другие нюансы в другой плоскости. Я сидел в советском лагере и знал, что за мной не придут и не отправят в газовую камеру. Я тогда знал, что газовые камеры были, я знал, что не будет селекции... Это преимущества - да, возможно... Вот эти различия будут исследовать и как же им будет, бедным, трудно...

Сева: Все можно будет объяснить славянским "пофигизмом". Потому что не стали вкладывать деньги в лечение компьютерного вируса, селекции, оно и само как-нибудь пройдет. Я хочу, поскольку мы сегодня много о поэзии говорили, объяснить некую кармическую систему, что произошло в Англии. В Англии, начиная с Теннисона, никто стихи не пишет, но человеческая природа хочет рифмы. И выродилось отсюда довольно уродливое явление рэп и им заболело колоссальное количество молодежи. Я их понимаю - человеку хочется стиха, который ритмично звучит, куда-то тебя зовет, который тебя возбуждает и несет в себе тот заряд, который несут только рифмованные стихи.

С.П.: Изящная словесность.

Сева: В каком-то смысле, да. И вот такими, господа, мыслями мы подытоживаем истекший 2000 год, столетие и тысячелетие. И вот эти оставшиеся 20 секунд ложатся на меня чугунным грузом, потому что не будут больше в жизни такого момента, возможности подытожить такую массу, глыбу времени, в которой жили не только мы, но и все предыдущие поколения, все те, кто дали нам жизнь: наши родители, их родители и их родители, уходящие в туман памяти. И вот за этот туман памяти я и хочу поднять прощальный бокал и проститься с вами. До встречи уже в будущем году...

Л.В.: Тысячелетии...

С.П.: С Новым годом, ура!

Л.В.: Ура!

<< возврат

 

пишите Севе Новгородцеву:seva@seva.ru | вебмастер: webmaster@seva.ru | аудиозаписи публикуются с разрешения Русской службы Би-би-си | сайт seva.ru не связан с Русской службой Би-би-си
seva.ru © 1998-2015