СЕВАОБОРОТ

Слушайте эту передачу:

 mp3

3 апреля 2004:

Гость: Владимир Кабаков, эссеист, писатель, сценарист, путешественник

Сева: Добрый вечер! Мои обязанности, господа, как у инспектора отдела кадров: я должен представить гостя, назвать его пол, год рождения, профессия и прочее. Но если я начну перечислять профессии нашего гостя, то это может занять достаточно много времени, потому что он эссеист, писатель, сценарист, охотник таежный - всего около 30 профессий. Но может в разговоре всплывут какие-то неучтенные, а пока прошу любить и жаловать - Владимир Кабаков.

Студия: Добрый вечер!

Сева: Нам нужно очертить ваше путешествие из Сибири в Англию хотя бы штрих-пунктиром. Вы здесь живете последние лет пять или...

Владимир Кабаков: Шесть...

Сева: Но необычна и причина, и сценарий вашего приезда сюда, потому что вы жили в России, а у вас тут детки росли.

В.К.: Да, так получилось...

Сева: Детки там, детки здесь... Супруга ваша англичанка, она работала некоторое время в России, преподавала английский, по-моему, была переводчицей...

В.К.: Да, она вообще замечательный человек, не потому что она моя супруга, а просто как человек! Она стала увлекаться Россией и русским языком после того, как она прочитала на английском роман Достоевского "Преступление и наказание" еще, будучи подростком. С той поры она настолько увлечена, что...

Сева: То есть, спасибо Федору Михайловичу.

В.К.: Да.

Леонид Владимирович: Он рекрутировал достаточно много иностранцев в русскую литературу...

Сева: А вы родились где-то в Сибири, в Иркутске...

В.К.: Да, я родился в Иркутске, и 23 марта мне исполнилось 58 лет...

Сева: На этой передаче вы этой цифрой никого не испугаете...

Л.В.: Это уж точно...

Сева: Но с чего начиналась ваша жизнь, если мы начнем распутывать клубок ваших профессий. Вот родились вы в Иркутске, что было дальше? Школа, армия?

В.К.: У меня довольно необычная судьба... Нормальной школы я не закончил, института тоже... Мои 25-30 профессий - это необходимость, не потому что я так хотел, так получилось в жизни, она меня заставляла. Мой отец был строителем, поэтому, когда я получил паспорт в 16 лет, я стал штукатуром. Год проработал на стройке, затем мне все это надоело...

Сева: А вы сейчас стеночку можете ровно вывести? Я пытался работать штукатуром и знаю, как это сложно...

В.К.: Я овладел навыками тогда, только сейчас не знаю, смогу ли...

Сева: Потому что в Англии штукатурка в несколько слоев, и когда английский штукатур выкладывает последнюю, отделочную, он наполировывает до блеска...

В.К.: Верх искусства штукатура - выровнять потолок. Вы не представляете себе, как трудно сделать так, чтобы раствор не падал вниз...

Татьяна Берг: Именно поэтому англичане обычно не штукатурят потолки...

Сева: У меня был англичанин, который штукатурил нам потолки дома, взял кучу денег, но заработал их все до обеда - мастерски раскидал штукатурку, все заровнял и ушел... Я помню, это было лет двадцать назад, мы заплатили ему 300 фунтов - это по сегодняшним меркам немало, а тогда...

В.К.: Потом я был электролинейщиком, строил ЛЭПы, кто-то может и помнит. Это было непросто. Я часто ездил в командировки, и одна из них была на берегу Байкала. Был прекрасный солнечный день, голубое небо, мороз, и эти опоры, покрытые инеем - просто удивительная картина...

Сева: И вот тут у вас пробудилась страсть к путешествиям по тайге, дикой природе...

В.К.: В моей семье не было охотников, как это не странно... Мой отец родился в селе Каменка на берегу Ангары. Дед наш попал под коллективизацию и умер где-то в иркутский тюрьме, мы до сих пор не знаем, когда, что и как. Семья развалилась, отец уехал в город, стал там работать, и во время войны они с матерью встретились. Отец не был на войне, потому что он был хорошим кузнецом и его оставили по брони.

Л.В.: Вы знаете, я на одну секундочку вас прерву. Вы сказали: "Каменка на Ангаре...". Это та самая Каменка, из которой произошел поэт Василий Каменский?

В.К.: Скорее всего, нет, хотя мне трудно сказать, это достаточно глухое место. Я помню запах ангарской воды, его очень трудно спутать с каким-то другим... Это запах больших масс холодной, чистой и свежей воды...

Л.В.: Но она же единственная дочка Байкала...

Сева: Река настолько мощная, что устрашает...

В.К.: Не знаю, может это со временем мое восприятие утешается, умиряется, может, действительно Ангара стала другой, потому что тогда, когда я жил на Ангаре, не было еще ни Братской, ни Иркутской ГЭС. Она была сама собой... После этого она превратилась в нечто рукотворное...

Сева: Но давайте вернемся к тайге, потому что вы по ней походили немало...

В.К.: Странное состояние у меня было. В армию я пошел в 19 лет и благодаря тому, что я был электролинейщиком, мою профессию записали как "электромеханик", и я попал не в Монголию, а во Владивосток, чему я страшно радуюсь до сих пор. Это удивительное место, потрясающее, некоторое подобие Средней Англии, Уэльса, там мягкий климат, там растет дикий виноград... Я благодарен судьбе, что благодаря этой ошибке я был направлен во Владивосток. Отслужил там почти три года. Для меня армейское время было тяжелым, но поучительным. Мой характер во многом был сформирован именно так, как я думаю.

Сева: И после армейских марш-бросков, походы по тайге с тяжеленным рюкзаком уже не казались невозможными...

В.К.: Да, так получилось, что армия меня тяготила своей несвободой. Я стал ходить после армии в лес, потому что настолько истосковался по свободе, что для меня лес был воплощением этой свободы. Я начал все больше узнавать лес, в силу того, что я сибиряк, а многие сибиряки близки к природе, возможно, это меня и увлекло, хотя корни моего таежного будущего были заложены тогда, когда я в восьмом классе несколько раз перечитал восьмитомник Джека Лондона в нашей библиотеке. Я вспоминаю, как я ежедневно приходил в читальный зал, прочитывал свои 200 страниц и уходил.

Сева: Я несколько раз разговаривал с читающими англичанами, и они мне признавались, что не знают о Джеке Лондоне...

Т.Б.: Единственное, что дети сейчас знают - я вижу это все время в благотворительном магазине, в котором работаю - это "Зов предков" и "Белый клык".

Сева: Ну, что значит, гулять по лесу? Здесь это прогулка перед завтраком, но в Сибири, человек уходит в тайгу, ночует там...

Т.Б.: ... и может попасть в зубы кому-нибудь, какой-нибудь росомахе...

В.К.: Это, наверное, особенность моего характера. Я достаточно закрытый человек, кроме того, в те годы я был буддистом. Я основной принцип буддизма - это одиночество, не привязанность ни к чему-либо. Мне нравилось в одиночку ходить по тайге. Я потом, когда я стал по-настоящему таежником, я стал видеть и медведей, и оленей, и лосей, и зайцев...

Т.Б.: Но вы ходили с ружьем?

В.К.: Да, я, конечно, ходил с ружьем. Но со мной произошел один интересный случай, я искал глухариные тока. Кто не знает, это потрясающая поэтическая русская охота. Не имея ружья, я пошел искать место, где токуют глухари. Дремучий лес, темная ночь, холодно, болото покрыто людом. Вдруг я слышу шаги на северном заснеженном берегу. И вдруг рявкнула рысь. Такое впечатление, что камень закричал... Я был в кепке и со мной был расхлябанный ножичек. Выскочив на противоположный берег, я почувствовал, что моя кепка поднялась вместе с волосами от ужаса... И с этого момента я понял, что в лес лучше ходить с ружьем... Даже если ты никогда не будешь из него стрелять...

Сева: В городе, если человек проголодался, но заходит в кофейню и выпьет чашечку каппучино с круасаном, посыпанном сахарной пудрой. Вы - в тайге, наступает вечер, что вы делаете?

Л.В.: Одну минуточку. Я хочу казать, что однажды шел вниз по Енисею на кораблике, и мы пристали в одном месте. Нам втроем пришлось пройти по тайге 50 километров. На всю жизнь впечатления остались...

В.К.: Как-то так получилось, что я поступил работать в Иркутский университет и занимался тем, что производил жидкий азот из воздуха. Я работал на турбодетандере три дня, и с четверга по воскресенье у меня были свободные дни. Таким образом, я имел время для своих походов. Я научился ходить помногу, для меня пройти 60 километров, не представляло труда, хотя, я, естественно, не каждый день преодолевал такие расстояния.

Л.В.: А как вы от Иркутска до леса добирались? Пешком? Или нужно было ехать?

В.К.: Лес начинался в километре-двух. Это был пригородный лес, там не было ни брусники, ни голубики... Все, что росло раньше поблизости к городу, со временем переставало расти...

Л.В.: Но в сезон грибы были?

В.К.: Естественно, но для этого надо было ходить подальше от города. Видимо, городской воздух так влияет на растения и деревья, что ель допустим, не растет вблизи...

Т.Б.: А как же у нас в центре Лондона ягоды растут? Я, конечно, понимаю, что это не те ягоды, но...

Сева: Танечка, Англия - совершенно отдельная страна... А мы сейчас говорим про тайгу... Но там же дикие звери водятся...

В.К.: Герои Джека Лондона ничего не боятся, и я пытался им соответствовать... Я заходил в такие места, куда таежные жители очень редко попадают. Однажды я вышел к водохранилищу Ангары, а там было что-то вроде егерского кордона. Я попросил, чтобы они переправили меня на лодке, на другой берег, там я садился на автобус. Когда я им сказал, что пришел из города, через перевал, то они мне просто не поверили. Для них те места, которые для меня были обычными и привычными, где я имел "свои" зимовья, зимовья, выстроенные когда-то кем-то, может, такими же романтиками как я и служили мне моим прибежищем.

Л.В.: А ночевали-то как?

В.К.: Я любил ночевать на природе, у костра. Человек никогда не бывает так свободен, как в конце вечера, перед ночью, когда уже звезды видны, когда горит перед тобой костер, и ты чувствуешь этот аромат дыма...

Л.В.: Но это летом, а в холода вы не ходили?

В.К.: Нет, зимой в Сибири строят зимовья в тайге. В пригородах давно профессионалов-охотников нет, зимовьев от этого стало гораздо больше... Когда я работал на телестудии внештатником, мы с нашим оператором парились в бане в зимовье. Я вспоминаю, как я вышел из бани, у меня уши свернулись в трубочку от жара, я как в воду нырнул в этот снег... Было очень холодно...

Л.В.: То есть вы ночевали в зимовье, где было какая-то печка, которую можно было топить?

В.К.: Да, в каждом зимовье обязательно должна быть печь, иначе...

Л.В.: Да, но я разговаривал с таежниками, которые спали на подверлоке. Вам не приходилось?

В.К.: Мне приходилось, это долгая история, я несколько раз мог замерзнуть и умереть. Но в этом случае, когда ты один - это очень тяжело. Приходится готовить несколько кубометров дров. Зима, ночь очень длинная, холодно. Под утро ты так замерзаешь, что не можешь согреться. Поворачиваешься к костру то одним, то другим боком... Я вспоминаю эти мучительные предутренние часы. На утро твое лицо становится разрисованным сажей, и ты напоминаешь монстра.

Сева: А медвежьи берлоги вам попадались?

В.К.: Я вспоминаю первую берлогу, которую я нашел недалеко о зимовья и даже написал об этом рассказ. Я забрался в такие безлюдные места, глухие, где были медведи. Я шел с лайкой, Жучком, и вдруг услышал, как он залаял на какого-то зверя. Я подумал, что лоси... Глянул, а на скате, на белизне нетронутого снега следы сапог... Я подумал, что же это: парашютист спустился? И только потом понял, что это... медвежьи следы, что он здесь, рядом. Вот так я нашел первую берлогу.

Сева: А как она устроена? Медведи используют уже готовые отверстия в земле или участвуют в строительстве?

В.К.: Медведи, надо вам сказать, замечательные строители. Я находил достаточно много брошенных берлог. Один раз, осенью, я вышел на место, где медведь строил себе берлогу. Это было замечательно, потому что вокруг нее было несколько лежек, он делал ее не один день, он ночевал рядом. Когда мы спускались с приятелем со склона, мы разговаривали, он нас услышал и спрятался. Вы знаете, какой он трудяга - такое впечатление, что он все по отвесу делал...

Л.В.: И как же он - рыл просто?

В.К.: Да, они выбирают определенное место супесь и вырывают себе убежище размером в полтора или два кубометра. Когда он лежит в норе, то лежит на животе, головой к выходу, что связано не с дыханием, скорее, а с безопасностью. Он слушает, что вокруг происходит. В принципе, то же самое происходило и со мной у костра в опасных местах. У меня ушки всегда были на макушке...

Сева: А когда медведь роет берлогу, он старается учитывать структуру земли, чтобы все это не обвалилось на него, чтобы не было видно сразу, кто там, в берлоге, находится...

В.К.: В том-то и дело. Он умный строитель, он выбирает удобное место, чтобы, когда весной солнце начинает подниматься, оно разбудило его. Он устраивает берлогу так, чтобы талая вода не подступала.

Сева: Но характер у медведя, говорят, не дай бог, непредсказуемый...

В.К.: Многие люди, которые мало знают тайгу, говорят, что медведь не кусается. В связи с этим, мне кажется, что в своих одиноких походах понял, что дикие звери умеют считать. Если ты один, то тебя может обидеть даже заяц. Зная это, я написал книгу рассказов, которая называется "Говорят, медведи не кусаются". Там я пытаюсь рассказать людям, как опасно быть в тайге одному. Поэтому я все говорю: если вы идете в тайгу один, берите с собой ружье. Не важно, зарегистрировано ли оно ли нет, будете вы из него стрелять или нет. Потому что чрезвычайно важно сохранить вашу жизнь.

Сева: Насколько вы могли бы уйти в тайгу? На какой максимальный срок?

В.К.: Бывало так, что я проводил в одиночку три недели, либо в палатке, либо в зимовьях. Вообще, мне кажется, что я настолько стал таежным человеком, что смог бы там остаться жить навсегда. Там очень хорошо: все есть - вода, пища, я мог бы устроить избушку, выращивать овощи.

Сева: Вы принесли с собой музыку сегодня. Олег Митяев "Крепитесь люди, скоро лето". Несколько слов о ней.

В.К.: Дело в том, что мой питерский друг прислал мне несколько CD.в Англию с русской музыкой. Я очень скучал по России, может, от отсутствия какой-то внешней свободы. Кто бывал в Лондоне, знает, тут не повернешься... Когда он прислал мне Митяева, я послушал, у меня слезы на глаза навернулись. Настолько это русское, поэтично, тонко, удивительно... Англичане достаточно тонкие и умные люди. Когда им что-то рассказываешь, то рано или поздно они все равно начинают понимают.

+ Олег Митяев: "Крепитесь люди, скоро лето".

Сева: А сейчас мы в беседе с нашим гостем сделаем перерыв. Татьяна Берг бросит свой взгляд на событие недели.

Т.Б.: Событие прямо-таки устрашающее. Если предприятие, о котором сейчас пойдет речь увенчается успехом, то Великобритания просто обанкротится. Дело в том, что есть в Уганде небольшое племенное королевство Буниор и его король собирается подать в суд на Соединенное королевство и потребовать от него 3,7 триллиона фунтов стерлингов. За что? За то, что в 90-е годы 19 века британцы пять лет воевали с его народом, свергли с престола его прадеда, украли его стада, слоновую кость, пытали воинов, насиловали женщин и ввезли в Уганду сифилис. Сидя на одном из своих тронов, облаченный в синюю королевскою мантию, расшитую золотом, король Соломон Игуру выступил с пламенным обличением колониального терроризма правительства королевы Виктории. Он заявил, что британцы убили два с половиной миллиона угандийцев и добавил, что их действия ничем не отличаются от того, чем занимается в наши дни Осама бин Ладен. Королевские сановники уже наняли адвокатов в Британии и собираются обратиться в суд в самое ближайшее время. Когда спикер парламента королевства Буниор узнал, что ВВП Британии всего 1 триллион фунтов стерлингов в год, он очень удивился, но позиций не сдал. "Наверняка в Ираке они истратили не меньше, - сказал он. - Я уверен, что они справятся с таким платежом. Если бы британцы не разграбили бы тогда наше королевство, то мы сегодня были бы сверхдержавой. Мы бы показали Америке, что к чему!". Доказательств, что британцы вели себя не по-джентльменски более, чем достаточно. Сохранилось много документов того времени, письма солдат. Однако предок теперешнего короля тоже не был ангелом. Он убивал тысячи людей из соседнего племени, жестоко расправлялся с его подданными, соблюдая такие странные традиции, как, например, перед коронацией следовало принести в жертву несколько сот слуг, чтобы правитель мог взойти на престол через лужу их крови. Прадед нынешнего короля, у которого было 130 детей, победил британцев в нескольких сражениях, но в 1899 году был взят в плен и сослан на Сейшельские острова. Освободили его в 1922 году, но он умер на пути на родину. А королевство Буниор, как и другие племенные королевства Уганды, было ликвидировано в 60-е годы, но в 1993 году королевства были восстановлены, но с чисто церемониальными правами. Поэтому король Соломин Игуру не может обратиться в международный суд. Это могут делать только признанные международным сообществом государства. Но он может попытать счастья в Лондоне. Но не все жители королевства согласны с мнением короля. Один учитель маленькой сельской школы сказал английскому журналисту, что британцы строили в Уганде школы и больницы и, вообще, сделали гораздо больше добра, чем все буниорские короли вместе взятые. Но пока юристы разбираются в этих проблемах, несколько американских негров подают в суд на знаменитую британскую страховую компанию "Ллоидс". С помощью теста на ДНК они доказали, что являются потомками американцев, увезенных в рабство в США, и хотят доказать, что "Ллоидс" фактически поддерживал работорговля, страхуя суда перевозивших негров. Но чтобы учинить иск, им нужно доказать, что они лично страдают от рабства, которое, я напомню, было отменено в Британии в 1835 году, а в США тридцатью пятью годами позже. Кстати сказать, несколько предыдущих попыток привлечь компанию к ответу, не увенчались успехом. Но один известный британский фельетонист уже пожелал истцам удачи. Если они выиграют процесс, то это послужит прецедентом. "Ллоидс" страховал, например, суда, которые везли в Англию табак, так что подать в суд на компанию может любой курильщик. Или суда, которые привозили сахар - истцом может стать любой, кто страдает ожирением. Так что даже если Британия обанкротится у некоторых британцев есть еще шанс стать миллионером.

Сева: Вы знаете, Танечка, многие россияне держат дома наличные доллары и особо богатые выработали даже термины. 10 000 долларов, например, называются "котлетой". 100 "котлет" - это миллион долларов. 35 000 000 "котлет" - это необходимая сумма для выплаты возможного долга угандийскому королевству. Потребуется целый железнодорожный состав, чтобы вывезти такую сумму денег!

Т.Б.: Если говорить серьезно, потребуется национализировать все частные предприятия Британии, чтобы набрать такую сумму. Плюс каждый из нас, граждан Великобритании, включая новорожденных младенцев, должен будет заплатить 64 тысячи фунтов.

Сева: Да. А теперь юбилейные и памятные даты предстоящей недели напомнит Леонид Владимирович.

Рубрика «Юбилейные и памятные даты»

Сева: Спасибо, Леонид Владимирович! Прежде чем мы продолжим наш разговор с гостем эфира - митьковская песня "Брат, не пей, сестра - не кури!".

+ Брат, не пей, сестра - не кури!

Сева: Владимир, здесь профессиональная армия. "Зеленые береты" проходят самую жесточайшую подготовку. Марш-бросок у них километров на сорок с шестидесятикиллограмовым рюкзаком. Вы этой прелести испытали достаточно...

В.К.: Да, приходилось. В одном из своих таежные походов близ Байкала мне пришлось нести рюкзак, который весил килограмм пятьдесят, и по дороге я нашел изюбриные рога, которые весили тоже немало. Мне приходилось преодолевать водораздельный хребет, и все это я сделал в течение весеннего дня. Когда я подходил к зимовью, я еле-еле мог идти, у меня не было сил. Когда я подошел к нему, а сбросил рюкзак и глотнул самогона из фляжки. Через пять минут я обрел силы и начал готовить ужин.

Сева: Но ваши физические перегрузки теперь дают нежелательный результат.

В.К.: Да, но в жизни мы постепенно теряем здоровье. Редко кто доживает до преклонных годов без травм и операций. С моей ногой случилось то же самое. Но нужно учесть, что я почти тридцать лет играл в футбол, и игра эта ужасная. Если вы хотите сохранить здоровыми ноги, то не играйте в футбол. В конце концов, в голеностопе у меня начались режущие боли. Когда я пошел к врачу, он сделал снимок и сказал, что мои кости стали опускаться на стопу. Мне сделали операцию, и я теперь нормально хожу. В прошлом году я даже совершил конную поездку в Восточных Саянах. Никто не может себе представить это волшебное, поэтическое место, которое называется "место поднебесных долин". Высота - свыше двух километров, широкие долины с крутыми склонами, на которые выходят красивейшие олени, изюбри и медведи. Некоторые охотники видели по пять-семь медведей на склонах.

Сева: Последние шесть лет вы живете в Англии, рюкзачок походный, видимо, запылился, страна тут маленькая, но старый таежный походник-волк найдет, где разгуляться...

В.К.: Вначале я как-то скептически относился к возможностям Англии удовлетворить мое желание путешествовать. Но когда я побывал в Шотландии и поднялся на высочайшую вершину Бен Невис, вы бы видели, в каком состоянии я спустился...

Л.В.: А вы знаете, что на Бен Невис один умелец поднялся на автомобиле?

В.К.: Вы знаете, сейчас все возможно. Я знаю, что на Эльбрус поднимались на мотоцикле...

Сева: Пока вы тут живете и странствуете, у вас тут детки подрастают. А с детьми тоже история замечательная, потому что они у вас произошли от дружбы и страсти. Вы приехали деток проведать, а тут уж и семья готовая. Так и остались здесь...

В.К.: Я думаю, что мне повезло с жизнью. Возможно, это следствие того, что я называю наличием принципов. Я, вообще, считаю, что жизненные принципы необходимы. Они как гвозди держат канву жизни в устойчивом состоянии. Так получилось, что шесть лет назад я приехал в Лондон посмотреть на свою гражданскую жену и детей и, в итоге, остался. Теперь ничуть не жалею, что сделал такой выбор.

Сева: Сейчас она уже не гражданская жена, у вас все в порядке, детки растут и все хорошо...

В.К.: Да, мне кажется, что человек должен жить по большому масштабу. Так получилось, что английская жена, которая, как она говорит, любила меня всю жизнь после встречи со мной, стала моей поддержкой в этой жизни. И дети хорошие...

Сева: В результате два английских человека носят фамилию Кабаков и дети тоже, что здесь может быть достаточно неудобно.

В.К.: Я благодарен жене, что она с рождения дала моим детям русскую фамилию, то есть мою фамилию. Мне кажется, что когда они станут взрослыми, они поймут, что быть носителями двух таких великих культур как русская и английская - это замечательно!

Л.В.: Это очень хорошее преимущество, если только родители не опускают руки. Мой мальчик, который родился в Англии в 1968 году и никогда не бывавший в России, буду говорить с вами откровенно, у него очень хороший русский, но я знаю массу других примеров, моя же внучка, у которой мама русская, не говорит по-русски, потому что мама хочет разговаривать по-английски и говорит с ней на ломаном английском...

Т.Б.: Да, но мы знаем много примеров, когда родители бились из всех сил, говорили с детьми только по-русски, но дети все равно не могли заговорить...

Л.В.: Тоже верно, но не нужно засовывать русский язык в глотку, нужно просто разговаривать...

Сева: Владимир, вы упомянули о принципах жизни. И человек, скитающийся по тайге и находящийся на гране жизни и смерти, он проникается вечными жизненными принципами. Вы наравне с природой...

В.К.: Я с раннего возраста считал философию основным, настоящим занятием человека. В 16 лет я увлекся йогой и как-то невольно стал буддистом. И буддийскими принципами я руководствовался и в молодости и в зрелом возрасте, потому что очень много правил в буддийской жизни, которые рациональны и позволяют человеку жить сознательно и полной жизнью. Когда я прочитал Толстого, я стал "толстовцем", но одно другому не противоречит. Долгое время я не работал на государство, потому что помнил высказывание Толстого не участвовать в делах государства. Я надеюсь, что никто не последует так строго моему примеру, но кто захочет, то, дай бог...

Сева: На буддийской теме, я думаю, мы и закончим сегодняшнюю передачу, потому что одна из композиций, которую вы принести имеет отношение к буддизму... Владимир Кабаков, большое вам спасибо, а мы, господа, прощаемся с вами. До встречи в том же месте, в тот же час, до будущей недели!

<< возврат

 

пишите Севе Новгородцеву:seva@seva.ru | вебмастер: webmaster@seva.ru | аудиозаписи публикуются с разрешения Русской службы Би-би-си | сайт seva.ru не связан с Русской службой Би-би-си
seva.ru © 1998-2015