СЕВАОБОРОТ

Слушайте эту передачу:

 mp3

Читайте также:

17 апреля 2004: Русский поэтический фестиваль в Великобритании

Гость: Олег Борушко, поэт

Сева: Добрый вечер, господа! Примерно в это же время в прошлом году весной мы проводили "Севаоборот" по поводу международного турнира поэтов в Великобритании, и этот фестиваль не только прошел успешно, не только выжил, но и развивается, свидетельством чему сегодняшняя передача. "Пушкин в Британии-2004" - состязание поэтов русскоязычной общины зарубежья. Впрочем, зачем я буду озвучивать чужие мысли, когда у нас есть непосредственные первоисточники. Олег Борушко - вы организатор, вдохновитель и финансист первого состязания...

Олег Борушко: Так точно, Сева!

Сева: Вы сегодня привели с собой четверых гостей...

О.Б.: Да, в гостях у нас сегодня Наталья Тараненко, Татьяна Юфит и Гарри Васканян.

Сева: Мы надеемся в середине часа дозвониться до других географических точек...

О.Б.: В прошлый раз получилось так, что на фестиваль самотеком приехали поэты из разных стран, мы этого просто не ожидали, потому что рассчитывали только на русскоязычных граждан, проживающих на территории Великобритании. В последний момент стали звонить люди из разных стран - Германии, Израиля - они все равно приехали, сами разместились, мы им дали слово на этом турнире. А в этот раз мы решили раздвинуть границы и сделать фестиваль международным. В нем теперь могут принять участие поэты, проживающие в любой стране Европы, но мы сохраняем критерий направленности на русскоязычных авторов, проживающих вдали от исторической родины. Я думаю, что это единственная пока трибуна, с которой молодые, да и не очень молодые поэты могут...

Сева: Я думаю, за это сегодня нужно поднять бокал. Остальные поэты чокаются мягкими пластмассовыми стаканчиками... Давайте тогда оттолкнемся от прошлогоднего конкурса, потому что у нас тут находится лауреат...

О.Б.: Я хочу еще напомнить, что на каждый конкурс "Пушкин в Британии" выносится строка из произведения Пушкина, и в прошлом году турнирной строчкой была - "Скучая, может быть, над Темзою скупой...". Человек, который хочет прислать нам рукопись должен включить в сборник предложение, которое начинается с этой строки. Остальные девять стихотворений могут быть по личному выбору. Те, кто проходят в финал, со сцены в первом круге читают только одно конкурсное стихотворение, а во втором - два на свой выбор.

Сева: Главное, Пушкин был невыездной, но Англию посетил как минимум два раза.

О.Б.: На сайте библиотеки Мошкова мы запросили упоминание слов "Темза, Лондон" в произведениях великого поэта. Получили около 20 упоминаний.

Леонид Владимиров: Много, много... "Все, чем для прихоти обильной, Снабжает Лондон щепетильный..."

О.Б.: В этом году мы вынесли строку - "Что нужно Лондону, то рано для Москвы..." из стихотворения "Послание к цензору", начали поступать рукописи...

Сева: Давайте разберемся с организационной стороной - до какого числа можно присылать рукописи и куда их направлять.

О.Б.: Рукописи принимаются до 15 мая. До 25 мая авторы будут извещены, прошли они в финал или нет, авторы приезжают и размещаются за свой счет. Первый приз конкурса - 300 фунтов, но будет еще несколько денежных призов.

Сева: Стихи теперь ямщиком в конвертах посылать не надо, они приходят в электронном виде

О.Б.: Эту идею мне подсказала один наших прошлогодних лауреатов. Свои произведения можно отправлять по адресу turnirpoetov@yahoo.co.uk 7 июня у нас будет проходить финал конкурса в Лондоне, где финалисты со сцены прочтут свои стихотворения. Специальный приз конкурса в этом году - трехдневное путешествие по Британским островам.

Сева: А учредители?

О.Б.: Учредители - журнал "Леди-инфо" и литературное объединение "Мастер-класс", который я веду.

Сева: А Таня в прошлом году выиграла с конкурсным стихотворением?

О.Б.: Со сцены финалисты читают три стихотворения - одно конкурсное, два остальных - по выбору, а публика потом выбирает лучшее произведение и автора, который становится королем или королевой поэтов.

Сева: А Наташа в прошлом году была королевой?

О.Б.: Нет, вице-королевой. Королевой стала Мария Гордон, которая не смогла приехать. Мы решили завести традицию, по которой королева прошлого конкурса становится членом жюри следующего. Она приедет позже.

Сева: Тогда, может быть, вице-королеву заслушаем?

О.Б.: Наталья Тараненко.

Н.Т.:

Скучая, может быть, над Темзою скупой,
Ты вспомнишь лето на Страстном бульваре,
Где вы стояли в негативной паре,
Весь в белом ты, и Пушкин над тобой.
Играл июнь, летящий пух по мостовой
Закручивался в странные спирали,
И в пику постовому и морали
Мы целовались - ты и я с тобой.

Косился сверху Пушкин, тоже баламут,
На дерзкие объятия на наши,
И девушка по имени Наташа
На миг забыла, как ее зовут.
И ты забыл на миг - не веришь, но поверь
Приличья, обязательства и сроки,
Косились две московские сороки
Две в черно-белом, где они теперь?

Скучая, может быть, над Темзою скупой,
Терзаюсь, что судьба проходит в коме,
Ты вспомни, как-то раз, в Москве, в июне
Нас выбрал Пушкин - только нас с тобой.

Л.В.: Молодец! А мы можем заслушать произведение со строкой этого года?

О.Б.: Да, следующей читает свое стихотворение Татьяна Юффик.

Звучит конкурсное стихотворение Татьяны Юфит

Сева: Вы воссоздаете английскую традицию 17 века, когда кругом была дичь и пьянь, а интеллигенция, аристократы и поэты были в меньшинстве. Они очень друг друга держались, собирались в салонах, читали стихи, и когда кто-то из них выбирал новое элегантное выражение, народ просто млел как будто от диковинного цветка... Олег, вы, мне кажется, воссоздаете климат, когда люди, одинаково мыслящие, собираются среди общего одичания нравов и хорошей словесностью радуют друг друга. Я вам очень советую, плодите, множьте поэтов, потому что чем больше их будет, тем больше будет поэтическая аудитория.

О.Б.: Для нас тоже было полной неожиданностью, когда за тысячу километров от Лондона, в Британии, вдруг всплыли на поверхность люди, которые пишут по-русски, даже не надеясь, что кому-то их творчество будет интересно. Хоть я и сказал, что турнир создан для русских авторов, проживающих вне исторической родины, но сдержать потока рукописей из стран СНГ мы не можем.

Сева: Давайте представим третьего автора.

О.Б.: Третий автор - Гарри Васканян.

Сева: А где вы живете, Гарри?

Г.В.: Я постоянно живу в Лондоне, учусь на дипломата. Мое конкурсное стихотворение, которое я читал в прошлом году, называется "О любви я говорил".

Скольким я о любви говорил,
Скольким я доверялся в любви
Ночь-предательница,
Глоток свободы, вина,
И я раздаю себя по частям.
О, мои важные персоны,
Вымышленные имена, ночи, герои,
Фальшь за каждым предложением,
И моим неподвижное тело
Отдается этой блажи опять.
А утром, с рассветом
Бесконечного Солнца
Я моюсь в лужах после дождя
И дождавшись приближения заката
Опять, в который раз
Лечу к ванильным облакам.
Не жалею об ошибках своих,
Я смотрю, ведь я живу,
Ведь я люблю...
Знаю, и уверен, что когда-нибудь
Равнодушная волна сотрет мои следы
Будто не было меня
В этом мире сладко-грешном
В этом сказочном раю...

О.Б.: Из тех авторов, которых я знаю в Англии, он единственный несет знамя верлибра. Хотя у Гарри уже появились подражатели...

Л.В.: Слушайте, но в Англии-то они сами только верлибры и пишут...

Татьяна Берг: Нет, не только, просто у них другая система.

Л.В.: Нет силлаботоники, во-вторых, все английских ритмы в словаре Вебстера занимают три страницы...

О.Б.: У нас Таня мечтает создать "силлаботанику"...

Л.В.: А в русском языке число ритмов никто не подсчитывал, это невозможно сделать, их бесчисленно множество... Конечно, это другие стихи, я читаю английские стихи, заставляю себя читать их...

Т.Б.: Они замечательные поэты, Леонид Владимирович, я должна просто с кулаками броситься. Стихи у них просто по-другому строятся, но ритмов у них тоже много.

О.Б.: Мне недавно прислали стихотворение, я был поражен, из Кембрии. Там живет Татьяна Семенова, но, послушайте, уровень.

На перроне привокзальном
Как ночные маяки,
Фонари.
В вагонах спальных
Как мы снова далеки
Друг от друга.
От порога, за которым
Свет и тень.
Птица-лебедь,
Недотрога,
Тает сумеречный день.
Птица быстрая,
Синица,
Звонко крылья в облака
Мне за Ладогой приснится
Темзы легкая рука.
Крыши старого Парижа
Переулки, города.
Мы с тобой не станем ближе
Не на миг,
А навсегда.

Меня поражает русская поэзия, которая живет в любых условиях и ее уровень меня всегда радует.

Сева: Олег, вы принесли песню, пару слов о ней.

О.Б.: Это волшебная песня, как у всех зимой у меня бывает депрессия, а Маша Гордон, лауреат прошлого конкурса, мне звонит и говорит: "Сейчас я тебе пришлю песенку и тебе станет легче". Я послушал, и все сняло как рукой. Специальная песенка для поэтов.

Сева: Ну, послушаем, ее.

+ 

Сева: Да, программное произведение. Мы сделаем небольшой перерыв и после наших регулярных рубрик начнем звонить в разные страны. Пока Татьяна Берг бросит свой взгляд на событие недели.

Т.Б.: Мы тут думаем, что у нас единая Европа, можно жить и работать, где угодно, в любой стране Евросоюза. И все любят друг друга. А, между прочим, любовь эта не всегда взаимная. В чем недавно убедились британцы, по тем или иным причинам переселившиеся во Францию. Хотя причины всем известные: вкусная еда, более дешевое жилье, хорошее медицинское обслуживание. Более 150 000 "ростбифов", как любят именовать британцев французы, живут в разных районах Франции. И 10 000 из них в Бретани. И вот жители одной из деревень оказались жертвами гнева французских националистов. Так называемая "революционная бретонская армия" начала решительную борьбу против иноземной колонизации. Местная полиция уже начала расследование этих решительных действий, выразившихся в том, что на многих домах деревни появились граффити. А в самой деревни, которая славится своей романской церковью святого Приака, защищающая людей от безумия, целая орда маляров занимается приведением стен в порядок... Граффити гласили: "Да здравствует свободная Бретань!". Сами "пришельцы" говорят, что французы должны быть довольны потому, что самим фактом переселения англичане как бы признают превосходство французского образа жизни. Ну и еще одно событие этой недели, связанная с Францией. Долгие годы не удавалось раскрыть тайну гибели знаменитого писателя-летчика Антуана де Сент-Экзюпери. Кстати его книжка "Маленький принц" по продажам занимает третье место после Библии и ...

Сева: ..."Гарри Поттера"?

Т.Б.: ... "Капитала"!

Л.В.: Ох, сейчас-то уже никто не читает.

Т.Б.: В 1998 году один рыбак нашел в море неподалеку от Марселя серебряный браслет, на котором были выгравированы имена Сент-Экзюпери и его жены. Позднее, водолазы обнаружили обломки самолета того же типа, который пилотировал сам Сент-Экзюпери. Фирма долго выясняла тот ли это самолет, и вот теперь, на днях, она объявила, что найден самолет, на котором разбился писатель. Однако причина катастрофы пока остается загадкой.

Сева: Спасибо, Танечка. А теперь юбилейные и памятные даты предстоящей недели напомнит Леонид Владимирович.

Рубрика «Юбилейные и памятные даты»

Сева: Спасибо, Леонид Владимирович! У нас сейчас на линии Киев.

О.Б.: У нас в Киеве Олег Козерод. Алло, Олег, как слышно?

О.К.: Алло, слышу вас хорошо.

Сева: Олег, у вас конкурсное стихотворение уже есть?

О.К.: Да.

Сева: Ну, хорошо. А вы в прошлом году принимали участие в этом конкурсе?

О.К.: Да, и кажется, попал в первую десятку.

О.Б.: Но по какой-то причине не смог приехать на финал.

Сева: А чем вы занимаетесь в свободное от написания стихов время?

О.К.: Я журналист и изучаю историю Украины. И еще я издаю старейшую русскоязычную газету в Великобритании Achievements, она выходит с 1927 года в Манчестере.

Сева: Но эта газета до нас не доходила.

О.К.: Мы пришлем вам несколько экземпляров.

Сева: И если будете в Лондоне, не пропадайте. А журналистика поэтический слог не портит?

О.К.: Мне кажется, что нет. Настоящая журналистика сродни литературе, и она даже оттачивает слог. Это очень похожие вещи.

Сева: Ну, хорошо, спасибо.

О.Б.: А у нас на линии из Донецка Лена Гобыш. Лена, это вы?

Л.Г.: Здравствуйте!

О.Б.: Леночка, а конкурсное стихотворение у вас готово?

Л.Г.: Практически да...

О.Б.: Ну давай, первые три строфы, без концовки, или прочти что-то на свой вкус...

Л.Г.: Ну, конкурсное произведение у меня пока не готово, есть мысли по этому поводу, но то, что получилось, то получилось.

О.Б.: Ну первая строфа блестящая?

Л.Г.: Да.

О.Б.: Ну, тогда зачитывай!

Л.Г.:

Что нужно Лондону, то рано для Москвы,
Что нужно мне, тебе не интересно,
Мир познается лишь в сравнении, увы,
А мне в любом сравненьи слишком тесно...

Пока так.

Сева: Очень хорошо!

О.Б.: Прочти что-нибудь целостное из своей лирики...

Л.Г.:

Кому нужна моя душа,
Кому нужны ее печали,
Бессмертьем душу увенчали,
Кому нужна моя душа?

Кому важны мои стихи,
Нелепых строк слова чужие,
Коль тайна исповеди лжива,
Кому нужны мои стихи?

Кому страшна моя слеза,
И чей покой ее достоин
И где отыщется тот воин,
Кому страшна моя слеза?

Кто мне простит мои грехи,
Или кто с ними жить научит,
Когда кукушке счет наскучит,
Кто мне простит мои грехи?

Кому нужна моя душа?
Кому важны мои стихи?
Кому страшна моя слеза?
Тому, кто мне простит грехи.

Л.В.: Это пока, я боюсь, самое сильное. Это заимствование из английского - I am afraid. Недавно я слышал шутку - англичане, они же невозможные трусы, потому что каждую минуту они говорят: I am afraid.

Сева: Или еще. Два англичанина стоят под проливным дождем, и один говорит другому: "Мне, кажется, идет дождь".

Л.В.: Я здесь настолько долго живу, что как-то уже, к сожалению, начинается переползание английских идиом...

Сева: Ну, мы поблагодарим Донецк. Леночка, успехов вам. А у нас на линии Берлин и Александр Дельфинов. Как вы нас слышите? Александр, вы участвовали в конкурсе в прошлом году?

А.Д.: Нет, но надеюсь выиграть в этом!

Сева: А прослышали о нем как?

О.Б.: Мы в прошлом году не давали рекламу в европейских источниках, но в этом году вынуждены были под напором российских поэтов дать рекламу в Европе.

Сева: Мы слушаем ваши стихи...

О.Б.: А с первой строчкой пока не удалось совладать?

А.Д.: Нет, я решил не торопиться.

САЛЯМИ

Русскими широкими полями
Катится гигантское Салями.
С перцем катится и с разными солями,
С пряностями катится Салями.

Катится могучее Салями
Славными российскими полями.
Меж березами, дубами, тополями
Движется гигантское Салями.

То холмами, то лесами, то полями
Исполинское торопится Салями.
«Не окончу ли я путь в помойной яме?» –
Мучается древнее Салями.

«Не поступят ли со мною, как с соплями?» –
Так волнуется несчастное Салями.
«Не нарежут ли продольными долями?» –
В ужасе печалится Салями.

«Не смешают ли с горячими углями?!» –
Паникует бедное Салями.
Поезда и самолеты с кораблями
Гибнут под ударами Салями.

И дрожат деревни с городами
Под наездом жуткого Салями.
День за днем и долгими годами
Давит пресс жестокое Салями.

И страшит народное Салями
Депутатов с нефтяными королями.
Сыр и Масло поменялись б с ним ролями,
Но не сдаст позиции Салями.

С перцем, с пряностями, с разными солями,
Русскими широкими полями,
Меж березами, дубами, тополями
Катится исконное Салями.

Сева: А вы знаете, что если украинское сало привезти в Туркменистан, то оно будет называться "Салями"?

А.Д.: Вполне.

Сева: А сейчас у нас на линии Римма Казакова.

О.Б.: Римма Федоровна, вы слышите меня?

Л.В.: А это какая Римма Казакова? Та самая?

Р.К.: Да, та самая.

О.Б.: Та самая Римма Казакова, которая согласилась участвовать в этом году в жюри нашего конкурса.

Сева: Римма, мы тут люди бывалые, но оробели...

Римма Казакова: А чего робеть-то? Бабушка, девушка русской революции...

Л.В.: А вы ведь, по-моему, жили на Урале?

Р.К.: Нет, я жила в Хабаровске, а потом "он дал кругаля через Яву с Суматрой..."

О.Б.: Римма Федоровна каким-то образом связана с Шотландией...

Р.К.: Нет, отцом моего ребенка был чистопородный англичанин.

Сева: Мы хотели бы спросить вас об общем состоянии российской поэзии, если не в смысле словесности, то в смысле стояния на собственных ногах...

Р.К.: Вы знаете, все разобщены, группы, подгруппочки...

Сева: А Союз на что?

Р.К.: Наш союз занимается одним, другие - другим. Одни гоняют евреев, другие сражаются с ветряными мельницами...

Сева: Вам с высоты вашего положения все-таки видно больше, чем другим.

Р.К.: Я с очень раннего возраста обрела какое-то родительское чувство к тем, кто идет за нами, всегда отслеживала путь молодежи, и в нашем союзе много прекрасных молодых поэтов.

О.Б.: А как он финансируется?

Р.К.: Я говорю, что в советское время я была демагогом широкого профиля. Я могла произносить любые речи, а теперь я стала попрошайкой. У меня есть такие строчки: "Богатый бизнесмен позвал в кабак с улыбкою всесильной на губах, я не пошла, мне страшно одного, начну чего-то клянчить у него".

Сева: Я взял себе за правило не дружить с богатыми и известными. Известные люди, как правило, скучны при ближайшем рассмотрении, а от богатого не дождешься ни копейки, по крайней мере, здесь.

Л.В.: Сева, вы разговариваете с известным русским поэтом, нарушая собственные принципы. Продолжайте нарушать...

Р.К.: Что именно?

Л.В.: Так Сева говорит, что не любит разговаривать с известными, а сейчас он с кем разговаривает?

Р.К.: Я считаю Севу известным, я много лет его слушала и слушаю.

О.Б.: Вы в первый раз с разговариваете друг с другом?

Р.К.: Я очень рада, что участвую в таком поэтическом фестивале. Лет 25-26 назад я принимала участие в подобном фестивале в Париже, потом я была в Мексике...

О.Б.: Римма Федоровна, а так чтобы за границей, но на русским поэтическом фестивале приходилось бывать?

Р.К.: Нет, это будет в первый раз. Для поэта, вообще, отечество - это родная речь... Так мне кажется.

Сева: Римма Федоровна, но вы будете в Лондоне?

Р.К.: Лондон - один из любимейших мною городов, Англия - одна из моих любимейших стран.

Сева: Я это к тому веду, что мы, может, увидимся с вами 7-го июня?

О.Б.: Между прочим, Сева, а как насчет поучаствовать в жюри тоже? Тогда у вас будет шанс познакомиться с Риммой Федоровной лично? А также увидеть плеяду молодых блестящих поэтов?

Сева: Благодарю вас за приглашение, я был готов теоретически, но в каком качестве, что я буду в этом жюри делать?

Р.К.: Сева, вы будете меня охмурять уже не по телефону, а вживую, и я буду счастлива.

Сева: В охмурители я тогда пойду. Я буду ставить стулья... Спасибо, вам, Римма, были рады с вами поговорить. До встречи уже в июне...

Р.К.: Я была очень рада поучаствовать в вашей программе.

Сева: Всего доброго, спасибо, до свидания!

Л.В.: Хороший сюрприз, я пришел на работу и не знал, что у нас будет Римма Казакова.

О.Б.: У нас будет еще Вадик Степанцов в жюри.

Л.В.: Степанцов - это Степанцов, а Казакова - это Казакова.

О.Б.: В этом году у нас в жюри еще директор издательства "Вагриус" Наташа Мордвинцева и член правления Союза писателей Михаил Попов. Надеемся, что будет еще Сева Новгородцев.

Сева: Вы меня застали врасплох, согласен. Время нашей программы подошло к концу, и мы благодарим всех участвовавших в этой программе. Счастливо, до свидания!

<< возврат

 

пишите Севе Новгородцеву:seva@seva.ru | вебмастер: webmaster@seva.ru | аудиозаписи публикуются с разрешения Русской службы Би-би-си | сайт seva.ru не связан с Русской службой Би-би-си
seva.ru © 1998-2015