СЕВАОБОРОТ

12 июня 2004:

Гость: Сергей Павленко, художник-портретист

Сева: Добрый вечер! Начну с анекдота: стоит художник на пленере, мимо проходит "новый русский" с сыном и говорит: "Смотри, сынок, как человек мучается, на "Поляроид" у него денег нет". Эта мысль о том, что фотография заменяет искусство, может быть, сильнее всего должна бы проявляться в портретной области, потому что она передает самое точное изображение. Зачем писать человека на холсте да еще маслом и объект, который должен неподвижно стоять и мучиться... Тем не менее, традиция жива и процветает, у нас в гостях художник Сергей Павленко, написавший массу портретов, в том числе и королевы Великобритании Елизаветы Второй. Леонид Владимирович, представляю сразу же доказательство...

Леонид Владимиров: Прекрасный портрет... Это в Букингемском дворце? Но она, наверное, не на лестнице стояла, она где-то сидела?

Сергей Павленко: Первый сеанс был на лестнице. В дальнейшем она позировала в специальной комнате во дворце, где пишутся все портреты. Был сделан макет лестницы, и она позировала там.

Л.В.: Сколько вы держали ее на лестнице?

С.П.: Час десять минут.

Л.В.: Когда это было?

С.П.: В ноябре 2000 года.

Сева: Это, господа, изнанка королевской работы...

Татьяна Берг: Помните, в "Римских каникулах", она стоит на приеме и то снимает туфли, то надевает их...

Л.В.: Она у вас очень похожа, и в то же время, очень интересная женщина...

Т.Б.: Когда мы были в Москве, я ее видела так вот как вас сейчас, Леонид Владимирович, и разглядывала ее совершенно непристойно, она выглядит гораздо лучше в жизни, чем по телевидению...

С.П.: Абсолютно с вами согласен. Я пришел к тому же выводу...

Сева: Вам, Леонид Владимирович, приходилось когда-нибудь позировать?

Л.В.: Упаси, господь...

Сева: А вам, Таня?

Т.Б.: Нет.

Сева: И мне тоже... Но у меня есть приемная дочь, Анастасия, которой одно время было интересно попробовать. Она ездила на запад страны и мне кажется, что она переоценила свою жизнь. Она поняла, что есть вещи действительно сложные и одна из них - позировать художнику...

Л.В.: Но вы ведь не просто пришли в Букингемский дворец и сказали: "Дайте, я нарисую королеву..."? Вас пригласили, по каким заслугам?

С.П.: Меня пригласили в компанию "Дрейфус", одна из старейших гильдий и решила заказать портрет королевы в ознаменование ее членства. И уже компания договорилась с дворцом...

Сева: Скажите, а сколько портретов королевы рисуют?

С.П.: Я точной гарантии не даю, но, насколько мне известно, в год королева позирует 6 часов.

Л.В.: Но новый портрет, когда он появляется - это событие.

С.П.: Всего существует 100 портретов, из них 80 написаны с натуры...

Л.В.: И где все это висит?

С.П.: По разным компаниям. "Дрейфус кампани" - это старинная средневековая гильдия обойщиков, расположенная в Сити...

Л.В.: А публике смотреть на этот портрет нельзя, раз он висит в офисе компании?

Т.Б.: Они теперь устраивают дни открытых дверей.

Сева: Во-первых, скажите, куда вы едете?

С.П.: Само членство гильдии открыто для каждого желающего, это благотворительная организация. Существуют также выставки, у "Дрейфус" большая коллекция живописи, работы путешествуют по разным местам. У меня недавно была выставка в русском посольстве в Лондоне...

Л.В.: А что там было еще, помимо портрета королевы?

С.П.: Еще 28 портретов...

Л.В.: Но там были не только британские портреты...

С.П.: В основном, британские, только один небританский... просто потому, что их легче было привезти на выставку...

Сева: Королева ваша какого-то огромного размера...

С.П.: Два с половиной метра...

Сева: Я себе пытаюсь представить логистику всего этого дела: вы с огромным холстом приходите в Букингемский дворец, холст - два с половиной метра, то есть вы должны над землей летать, чтобы достать...

С.П.: Нет, у меня был помощник от компании с фургоном, мы грузили холст в фургон и везли...

Сева: Потом появляется королева и вы должны уложиться в строго отведенное вам время...

С.П.: Да.

Т.Б.: А приветствовать вы ее должны перед тем, как она начинает позировать?

С.П.: Да, обычное приветствие...

Л.В.: А она разговаривает во время позирования?

С.П.: Да.

Л.В.: Один художник говорил, что ее одно удовольствие писать, потому что она все время очень мило беседует с вами...

С.П.: Так как время у меня было ограничено, то я старался как можно меньше говорить, чтобы больше сконцентрироваться на работе.

Л.В.: А там присутствовали другие люди?

С.П.: Да, ее секретарь, фрейлина, а также человек от компании "Дрейфус", который мне помогал...

Л.В.: Но они сидели, а не стояли?

Т.Б.: Если королева стоит...

С.П.: Все стояли... Более того, я писал этот портрет в галстуке, никакой другой портрет я в галстуке не писал...

Т.Б.: Но если сказано, 1 час 10 минут, то время перебирать нельзя?

С.П.: Да, но был такой эпизод, она опоздала на пятнадцать минут и мне секретарь напомнил, что я должен заканчивать. "Но она же ничего не говорит", - сказал я. "Она и не скажет, - ответила секретарь, - но вы должны заканчивать". Но королеве моя работа очень понравилась, поэтому она сказала: "Вы не слушайте, что она говорит, я простою еще пятнадцать минут".

Л.В.: Скажите, как ей могло понравиться? Она что, видит вашу работу?

С.П.: А как же, она приходит, смотрит...

Л.В.: Погодите, мы говорим о первом сеансе...

С.П.: Нет, на первый сеанс я представил эскиз, замысел. Это было показано секретариату и ей в том числе... Я обозначил идею, ей понравилось...

Л.В.: А эскиз был в красках?

С.П.: Да. У меня была задача написать портрет для определенного места, поэтому светлый фон не годился, нужен был темный фон, мы с женой ходили по дворцу и искали место, где бы можно было писать...

Л.В.: А супруга у вас тоже художник?

С.П.: Да.

Л.В.: Я понимаю, поставить вместо королевы, посмотреть... Но королева ведь очень невысокого роста, а здесь этого как-то невидно... А еще перед ней три ступеньки...

С.П.: Она как бы поднимается по лестнице, а потом оборачивается и смотрит на зрителя...

Л.В.: А эскиз вы делали на холсте?

С.П.: Да.

Л.В.: А с того момента, как вы начали портрет и до момента, когда вы его сдали, сколько прошло календарного времени?

С.П.: Полтора года...

Л.В.: После того, как кончились сеансы, что еще нужно было делать с портретом?

С.П.: Покрывать лаком и вставлять в раму...

Л.В.: И после последней сессии она взглянула?

С.П.: Нет, она приходила в зал, подходила к мольберту, смотрела, а потом начинала позировать...

Т.Б.: А она должна была дать окончательное добро...

С.П.: Нет, тут все решает заказчик...

Т.Б.: Даже если бы ей не понравилось, она все равно бы не сказала...

Л.В.: Но в Портретной галерее есть один портрет королевы, неудобно, когда стоит три портрета, да еще написанных в разное время и люди сравнивают, как она выглядела... А что с другими портретами делают?

С.П.: Их ведь заказывают различные компании, поэтому висят они в разных местах...

Л.В.: А в Национальной портретной галерее как этот портрет оказался?

С.П.: Я точной истории не знаю, но, может, его подарили?

Сева: У нас, господа, и музыка по теме подобрана. Первое произведение называется "Портрет кокетки"...

Т.Б.: Или того, кто флиртует с кокеткой...

+ "Портрет кокетки"

Сева: Это из какого-то фильма? Танечка, вы сегодня подбирали музыку.

Т.Б.: Да.

Сева: Есть какая-то связь между заказным портретом и музыкой, написанной к кинофильму, потому что оба делаются профессионалами... И тот и другой делается под определенное техническое задание. Композитор пишет музыку для фильма, который уже снят, и он понимает, какое ему нужно создать настроение, и вы тоже находитесь в жестких рамках, вы не можете дать разгул воображению. Именно поэтому люди, которые увлекаются концептуальностью в искусстве, иногда позволяют себе говорить колкости по поводу людей, работающих...

С.П.: Очень часто.

Сева: Я должен был деликатнее говорить об этом, не знаю, может, вы человек обидчивый...

Л.В.: И все же я хотел вернуться к первому вопросу. Если компания "Дрейфус" имела выбор, почему он пал на вас?

С.П.: Как мне известно, они пошли сначала в Национальную портретную галерею, посмотрели, что там есть, потом ходили по выставкам в Лондоне, смотрели работы примерно двухсот портретистов, работающих в Англии... Выбрали 12 человек и послали им письма, с просьбой выслать дополнительные материалы, фотографии работ... После этого осталось человека три...

Л.В.: А вы до этого не писали королевских особ?

С.П.: Писал, но не британских... Первый король царствующей династии был из династии Ганноверов, я писал его портрет, портрет его жены...

Сева: А он в современном списке престолонаследия, каким по счету идет?

С.П.: Если бы в свое время не изменили порядок престолонаследия, и оно шло бы по мужской линии, то у него было бы гораздо больше шансов, чем у принца Чарльза...

Т.Б.: Не то чтобы изменили, в Англии никогда не было исторического закона, в Англии еще Елизавета Первая была задолго до того... Интересно, что в принципе Англия могла бы принадлежать Германии, либо Нижняя Саксония могла бы принадлежать Великобритании...

Сева: У меня есть знакомый не очень удачный режиссер, который ведет свою линию от одной из жен Генриха Восьмого. Он мне показал все бумажки и сказал, что он претендент на британский трон под № 3395. Папа у него был крупнейшим чином в разведке...

Л.В.: Их целая толпа, я знаю человека, который под № 201. Это грузинский князь - Давид Павлович Чавчавадзе...

Л.В.: Но ведь вы знаете, что эфиопы сейчас активно присваивают Пушкина...

Т.Б.: У них больше оснований, чем у других...

С.П.: Я писал последней дочь короля Италии Виктора Эммануила... Я не старался выбирать только коронованных особ...

Л.В.: Вы из России выехали когда?

С.П.: В 1989 году.

Л.В.: Сравнительно недавно...

Сева: Я думаю, что творческой биографией мы займемся после перерыва, а сейчас сыграем произведение Уона Уильямса "Портрет королевы". Танечка, откуда вы взяли это произведение?

Т.Б.: Уон Уильямс написал несколько музыкальных "портретов" - "Портрет ученого", "Портрет поэта" и "Портрет королевы".

+ Уон Уильямса "Портрет королевы"

Сева: Мы в беседе с нашим гостем сделаем перерыв, а коллеги доложат свои рубрики. Татьяна Берг бросит свой взгляд на событие недели.

Т.Б.: История завершилась на этой неделе, а началась она 3 июня, когда в сеть валлийского рыбака попался гигантский осетр длиной в три с лишним метра и весом в 120 килограмм. Осетры в британских водах появляются крайне редко, поэтому сначала, увидев эту рыбу, Роберт Дэвис подумал, что имеет дело с акулой. Узнав, что это осетр, рыбак повел себя крайне законопослушно. Он знал, что ввиду редкости осетровых, они являются охраняемым видом. Кроме того, по древнему закону, введенному еще Эдуардом Вторым в 14 веке, осетр - королевская рыба и распоряжаться ей может только монарх. Соответственно, немедленно был послан факс с запросом в Букингемский дворец. Ответ пришел незамедлительно. Королева предложила распорядиться уловом по собственному усмотрению. Получив монаршее добро, рыбак отправился в Плимут. Там он был продан с аукциона за 700 фунтов. Тут, казалось бы, и конец этой истории, но тут вмешалась в дело доблестная британская полиция. Прослышав о поимке осетра, полицейские прибыли на рынок с видеокамерой, объявили сделку незаконной, конфисковали осетра и стали собирать показания свидетелей. Оказалось, что Дэвису грозит заключение сроком до 6 месяцев или штраф 5 000 фунтов, ибо с 1992 года продавать осетров категорически запрещено. Инспектор сурово разъяснил, что осетр находится под защитой британских и международных законов. Рыбак был обескуражен... Он сказал, что сделал все возможное, королева от рыбы отказалась, что же ему оставалось делать, спрашивать самого осетра? Начались допросы. Один из свидетелей клянется, что его спросили, во что была одета рыба... Чем серьезнее допрашивали свидетелей, тем смешнее становилась ситуация. Только полиция не видела комизма во всей этой ситуации. Пока Дэвис препирался с полицией, а весь рынок следил за ними, осетр... исчез. Тут же шестеро полицейских бросились на поиски рыбы. Похоже, было совершено еще одно преступление... Но пропажа обнаружилась только на следующий день, на складе оптового торговца, который осетра накануне купил. Но никаких злых намерений у него не было. Он услышал, что полицейские, конфисковав рыбу, собираются ее заморозить. А он, уже проникшись значимостью события, уже связался с Музеем естественной истории в Лондоне и обещал доставить туда рыбу в идеальном состоянии. Умению полиции как следует обращаться с рыбой, он не доверял. И правильно сделал. Если бы осетр был доставлен туда в замороженном виде, то ее ценность для науки существенно уменьшилась бы. Этому осетру, а он уже получил кличку Стэн, как оказалось, больше 100 лет. Теперь он будет храниться в музейной коллекции рыб.

Сева: Если бы он появился в другом месте, то вынули бы икру и все.

Т.Б.: А тут даже не рассказывают, была она или нет...

Сева: Юбилейные и памятные даты предстоящей недели напомнит Леонид Владимирович.

Рубрика «Юбилейные и памятные даты»

Сева: Мы продолжаем нашу беседу с гостем Сергеем Павленко.

Л.В.: А вы не писали "новых русских" еще?

С.П.: Нет.

Сева: Натура не та. Аристократ ложится маслом на холст изящнее - и форма продолговатая и форма изящнее.

С.П.: Опыта не было...

Сева: Но, вы общаетесь с людьми, вам приходится с ними договариваться...

С.П.: Безусловно. Когда я писал портрет герцога Мальборо, я жил в его дворце...

Л.В.: И он вам каждый день позировал?

С.П.: Нет, но я работал каждый день...

Л.В.: Когда модель вам не позирует, что вы делаете?

С.П.: Там масса работу - одежда, фон, окружение. Все предметы, которые входят в портрет, их нужно прописывать. Если говорить о портрете герцога Мальборо, где он сидит за письменным столом, то какой смысл герцогу сидеть, когда я пишу чернильницу на столе?

Л.В.: Понятно.

Сева: Однажды я попал в аристократический дом, где в большом поместье висело 23 поколения, увековеченных в портретах. Естественно, если висит 23 поколения, а ты - двадцать четвертое, то ты фотографию "Поляроид" уже не повесишь...

С.П.: Фотография - это искусство анализа, а живопись - искусство синтеза. К тому же, в самой живописи ценится не подробное копирование, а достижение большего эффекта ценой каких-то портретных потерь.

Л.В.: Тогда вопрос такой. Кого из мировых портретистов вы считаете наиболее сильными?

С.П.: От царя Гороха?

Л.В.: От царя Гороха.

Т.Б.: Думаю, что времени не хватит...

С.П.: Если начать со средних веков...

Л.В.: А где же там хорошие портреты? Дюрер?

С.П.: А что, Дюрер, это не средние века? Леонардо да Винчи, Микеланджело, Рафаэль и так далее... Все зависит от вкуса. Я помню, когда пришел вступать в комсомол, меня спросили, какая у меня настольная книга. А что это такое? У меня нет любимого писателя, любимого художника тоже нет.

Сева: Если было 200 претендентов на участие в конкурсе, и вы видимо знакомы с работами некоторых из них и отслеживаете уровень квалификации, подготовку... мы патриотическую линию не очень тут тянем, но нам приятно, что нашему соотечественнику достался этот заказ...

Л.В.: А вы единственный били из России?

С.П.: Я думаю, что да. Но я не знаком со всем списком...

Сева: В чем тут дело? Российская школа более традиционна, дает более глубокую подготовку художественных кадров. Вы что заканчивали?

С.П.: Институт Репина при Академии художеств СССР. Бывшая Императорская академия. Русская школа графики является по-прежнему лучшей школой в современном мире. Поэтому когда встает задача, чтобы написать портрет "без дураков", то уже ищут художника, который может это сделать. И не смотрят на национальность.

Сева: Я каждый день хожу от вокзала Ватерлоо до Би-би-си. И меня часто останавливают и агитируют пойти в галерею современного искусства.

Л.В.: Нужно объяснить людям, о чем мы говорим. Палатка, о которой мы говорим, заслужила скандальную известность тем, что четыре года назад, была выставлена постель, и было заявлено, что это - предмет искусства. Были люди, которые говорили, что это так.

С.П.: Можно много спорить, что является искусством, а что нет. На мой взгляд - это не является искусством, потому что не несет эмоциональной нагрузки. У меня есть своя концепция в искусстве. Искусство - это результат абстрактного действия, который несет эмоциональною нагрузку. Постель - это абстрактное действие, она не несет эмоциональную нагрузку.

Л.В.: Я тоже так думаю...

Т.Б.: Но эмоциональная нагрузка субъективна, для вас постель не несет ее, а для другого - несет...

Сева: А омерзение?

С.П.: Это ощущение, а эмоциональная нагрузка - emotional message - это что-то более глубокое...

Л.В.: Я не знаю, бывали ли вы в Мадриде, в академии, не в Прадо... Там есть зал, где стоят десять или одиннадцать портретов епископов, кисти Сурбарана. Я смотрел на них с таким ужасом, я бы не хотел встретиться ни с одним из них в темном переулке. А он делал, что он видел, он выявлял характер... Это поразительно. Портрет Папы Иннокентия Десятого кисти Веласкеса считается лучшим портретом в мире. Вы когда-нибудь видели этот портрет?

С.П.: Нет, по-моему, не видел... Все эти убеждения, что "самый большой, красивый, длинный" - это что-то из книги Гиннеса.

Л.В.: Современные штуки, типа той постели, в Королевскую академию, Лувр, Эрмитаж особенно не пускают...

Сева: Это пока...

Л.В.: Есть Тейт-модерн, а приличного портрета там нет...

Т.Б.: Ну, там бывают приличные выставки, там недавно была выставка портретов Матисса и Пикассо...

Л.В.: Ну, Пикассо я не люблю, а Матисс очень хорош...

С.П.: Пусть все что хотят, то и делают, но не нужно покрывать одно другим... Это чистый воды бизнес, эта дама, выставившая свою постель - она не художница.

Т.Б.: Рисунки маринованной овцы Дэвида Хэрста... Он умеет рисовать, но обидно, что он делает маринованных овец...

Сева: А какое количество студентов у вас было на курсе?

С.П.: Всего было четыре факультета: живописи, графики, скульптуры, архитектуры. Я не могу сказать, сколько было на остальных факультетов, но на живописном - 25 человек, из них десять были по направлениям из республик, а остальные в порядке свободного конкурса. У нас еже были студенты из Африки, Азии...

Л.В.: А когда вас выпустили, вас распределяли?

С.П.: Формально. В то время, все получали свободный диплом, никакого серьезного распределения уже не было...

Л.В.: И что делал человек в СССР, получив свободный диплом?

С.П.: Он думал, что ему делать дольше. Не являясь членом Союза художников, он не имел места работы, а чтобы вступить в члены, нужно было выставляться... Выставляться можно было, но писать работы было нечем...

Л.В: Краски не продавали и холсты?

С.П.: Да, только членам Союза художников.

Сева: Ваша судьба так и сложилась, вы немножко помыкались, поездили...

С.П.: Я заканчивал у Президента Академии художеств Бориса Сергеевича Угарова, и я его встретил в коридоре, рассказал, что не могу купить кисти и краски...

Сева: В каких вы странах путешествовали и работали?

С.П.: Работал в Норвегии, калифорнии, Италии...

Л.В.: Откуда эти приглашения поступали?

С.П.: Эти люди друг друга знают, приходят гости, видят работы, есть выставки, агенты, галереи...

Л.В.: Значит, вам пришлось обратиться к агенту...

С.П.: И не к одному. Сейчас у меня трое агентов, - один в Америке, остальные в Англии. Агенты работают примерно с двадцатью художниками из разных стран. Русских у них примерно трое...

Л.В.: А вообще, много ли русских художников уехали за рубеж, после того, как стало можно выезжать?

С.П.: Уехало много, но не все добились успеха... В силу ряда причин.

Т.Б.: Но художникам же трудно, потому что их немыслимое количество... Начиная с тех, кто не умеет рисовать, но хочет...

С.П.: В Англии очень много художников-любителей конкурентов...

Т.Б.: Я слышала, что самая большая конкуренция у художников. У скульпторов материал дороже...

С.П.: Понимаете, в искусстве трудно соизмерить, что лучше. В науке - это работает, это - нет. А в искусстве, как? Любую работу можно объявить произведением гения и наоборот... Все, в итоге, сводится к работе PR. Мы, приехав из России, считали, что придет критик, посмотрит, оценит, напишет, но не так все просто оказалось...

Сева: У критика тоже есть своя позиция, сложная. Он как работник ОТК говорит, что краску положили ровно... А потом искусство, хотим мы того или нет, оно куда-то движется. Какой-то Поллак 45-го года, казался кому-то безумцем, а сейчас - это классика, и все понимают, что кровать завтра потенциально может войти в канон...

Л.В.: Вы думаете так?

С.П.: Я думаю, что нужно разграничивать жанр и не смешивать одно с другим...

Сева: Сергей, какие горизонты вам остались? Я вам перед передачей сказал, что после королевы вам осталось только Господа Бога портрет писать...

С.П.: Я не ставлю перед собой пятилетних планов. Живу, как живется, работаю... И хорошо... Будет работа, хорошо...

Л.В.: А мастерская у вас есть?

С.П.: Да, куплена на собственные деньги...

Л.В.: А можно туда придти и посмотреть работы?

С.П.: Да.

Л.В.: Я надеюсь, что вы нам их покажете...

Т.Б.: Вот уже и напрашиваются...

Сева: Вы допустили неосторожность...

Т.Б.: Да...

Сева: Счастливо, господа, до следующей недели.

<< возврат

 

пишите Севе Новгородцеву:seva@seva.ru | вебмастер: webmaster@seva.ru | аудиозаписи публикуются с разрешения Русской службы Би-би-си | сайт seva.ru не связан с Русской службой Би-би-си
seva.ru © 1998-2015