СЕВАОБОРОТ

Юбилейные и памятные даты 19.01.2002

19 января 1887 года, 115 лет назад, в Ялте скончался от туберкулеза Семен Яковлевич Надсон. Он был тогда признанным и популярным поэтом, его книга "Стихотворения", изданная в 1885 году, мгновенно разошлась, и в первый же год выдержала три издания. Все выступления Надсона с чтением стихов неизменно сопровождались громовым успехом. А умер он в двадцать четыре года. Надсон окончил кадетский корпус, Павловское военное училище, был поручиком 148 Каспийского полка, успел побывать во Франции, Швейцарии, Германии... Жизнь поэта точно отражена в его знаменитой строке - "Как мало прожито - как много пережито". Сейчас Надсона издают и читают мало, но после его ранней кончины им долго увлекались, повторяя его слова, словно написанные о себе самом:

Не говорите мне: он умер - он живет!
Пусть жертвенник разбит - огонь еще пылает,
Пусть роза сорвана - она еще цветет,
Пусть арфа сломана - аккорд еще рыдает...

20 января 1937 года, 65 лет назад, народный комиссар внутренних дел СССР Николай Иванович Ежов издал секретный приказ по органам безопасности: в актах об исполнении смертной казни не указывать мест захоронения трупов. Вот почему места массовых захоронений - Куропаты, Левашево, Винница и прочие, находят случайно, не по архивным документам. И находки эти все продолжаются.

22 января 1722 года, 280 лет назад, Петр Первый утвердил Табель о рангах. Четырнадцать классов чиновного дворянства - от коллежского регистратора до Государственного секретаря, параллельные военные чины, формы обращения к каждому классу - от "Вашего благородия" до "Вашего высокопревосходительства". Многие годы чинопочитания пользы России не принесли, а в начале прошлого века или даже еще раньше сослужили службу только революционным агитаторам, кричавшим "долой!"

23 января 1937 года, 65 лет назад, в Октябрьском зале Дома союзов - как именовался тогда малый зал Дворянского Собрания в Москве - открылся второй из трех сталинских так называемых "открытых" процессов. Обвиняемые якобы входили в "антисоветский троцкистский центр". Главными фигурами на процессе были замнаркома тяжелой промышленности Юрий Леонидович Пятаков, секретарь ЦК Серебряков, член ЦК Сокольников (он в восемнадцатом году подписал от имени РСФСР Брестский мир), и видный публицист, старый агент Коминтерна Карл Радек. Пятакова Ленин назвал в своем предсмертном письме к съезду как одного из шести способнейших руководителей (пятерых названных, кроме себя, Сталин уничтожил). На скамью подсудимых посадили также нескольких крупных хозяйственников - якобы вредителей, действовавших по приказам Германии и Японии. Главным эпизодом обвинения была встреча Пятакова с Троцким в Норвегии - встреча, которой никогда не было. Говорилось, что 12 декабря 1935 года Пятаков вылетел из Берлина, где официально находился, в Осло с фальшивым германским паспортом, и там получил инструкции от Троцкого. Фальшивка была тут же разоблачена - норвежская газета "Афтенпостен" сообщила, что на аэродром Осло в декабре 35 года не приземлялся ни один самолет. В западных газетах поднялся шум. Понятно, советские граждане об этом не знали - "радиоголосов" тогда еще не было, - но требовалось как-то ответить Европе. И Вышинский на следующем заседании огласил справку советского посольства в Норвегии, что, мол, аэродром Осло принимает " аэропланы других стран" круглый год. Пятаков сказал: "Так точно": он все еще надеялся, что за лживое признание ему сохранят жизнь. Не сохранили...

25 января 1982 года, 20 лет назад, умер в возрасте восьмидесяти лет член Политбюро и секретарь ЦК КПСС Михаил Суслов. В начале пятидесятых годов был он и председателем президиума Верховного Совета, то есть номинальным главой государства. Фанатичный идеолог, он пользовался колоссальным влиянием в Политбюро, стоял за кулисами свержения Хрущева и всех вообще важных решений. Теперь - личное воспоминание. С пятьдесят восьмого по шестидесятый год я работал в журнале "Семья и школа". Заместителем главного редактора был там Борис Васильевич Игрицкий - старый коммунист, не столько идеолог, сколько идеалист (тогда еще были такие). И вот, цензор Главлита вдруг запретил журналу публикацию одной статьи. Игрицкий перечитал статью, сказал "они перестраховщики, это неправильно". Тут он стал между мной и телефоном, чтобы я не видел набираемого номера, и сказал: "Миша, это Борис. У нас цензура сняла статью, за которую я ручаюсь. Помоги. Спасибо". Через два часа статья была доставлена курьером - со штампом Главлита и сообщением, что цензор наказан за неправильный запрет. Я спросил нашего симпатичного Бориса Васильевича, что же у него за Миша такой? И назавтра он принес заделанный в пластмассу пожелтелый документ. "Командиру Первого революционного полка, Петроград. Направляются к вам политбойцы Игрицкий Б. В. и Суслов М. А. Надеюсь, они еще выше поднимут пролетарскую сознательность и боеспособность вашего славного полка". Подпись: "Комиссар (росчерк красными чернилами) Елена Стасова". Это восемнадцатый год. Сорок лет спустя политбоец Суслов все еще помнил своего однополчанина и явно ему доверял. Вот такая человеческая, пожалуй, черта в характере жестокого партийного инквизитора.

<< возврат

 

пишите Севе Новгородцеву:seva@seva.ru | вебмастер: webmaster@seva.ru | аудиозаписи публикуются с разрешения Русской службы Би-би-си | сайт seva.ru не связан с Русской службой Би-би-си
seva.ru © 1998-2015