СЕ-НО:БЛОГ

15.01.2016 На старом "мерседесе" по древней Европе часть 9 Сорренто

СОРРЕНТО

 Сорренто я хорошо знал с детства. Знал заочно, по песне, которая доносилась из всех репродукторов. С этой песней граждане СССР познакомились вскоре после смерти Сталина, в 1953 году.

 На студии имени Горького тогда дублировали и пустили в широкий прокат романтическую комедию “Вернись в Сорренто”. В фильме заглавную песню исполнял оперный певец Джино Бэки, на родном итальянском.

 Потом Эм. Александрова сочинила русский текст: “как прекрасна даль морская, как влечет она, сверкая…”   и началось. Все тенора (а при Сталине почти все, почему то, пели тенором) наперебой стали ее исполнять.

 Возможно, в этой мелодии звучала невысказанная мечта советского народа о знойной и ласковой неаполитанской жизни,  которую никому и никогда не было суждено увидеть. Так и получалось – советские границы на замке, а тенора просят-умоляют вернуться в Сорренто. 

 В 60-е годы какой то шутник не выдержал и поместил в польском журнале короткое объявление – “Охотно вернусь в Сорренто”.

 Теперь для меня настало время встречи с детской мечтой. Известно, что занятие это опасное, ибо действительность с мечтой сравниться не может. Разочарование гарантировано.

 Начнем хотя бы с того, что песня эта вовсе не любовная, и сочиняли ее не для романтического распевания под балконом.

 История канцоны такая. В сентябре 1902 года премьер-министр Италии, Джузеппе Занарделли, был в Сорренто с официальным визитом. Город находился в ужасном состоянии. Стихийно застроенные улицы не соединялись между собой, дома полуразрушены, не было почты, водопровода и, что важно – канализации.

 Два брата-патриота, музыкант Эрнест Куртис и его брат, художник и поэт Джамбатиста, буквально за несколько часов сочинили песню, разучили ее с музыкантами и исполнили высокому гостю.

 Понятно, возлюбленным в этой песне премьер-министра Италии никто не называл, но страстный призыв вернуться в Сорренто и насладиться его красотой там, конечно, был.

 Говорят, песня подействовала, и Премьер выделил деньги на реконструкцию. Искусство, господа – это большая сила.

 Знал я, что в Сорренто есть роскошная вилла “Иль Сорито  (“Улыбка”). На мемориальной табличке написано “Здесь  с 1924 по 1933 год жил и работал великий писатель Союза Советских Социалистических Республик Максим Горький”.

 

villa Il Sorrito

 

Места эти ему были знакомы, еще до революции, “Буревестником” которой он был, с гражданской женой, актрисой Андреевой, Горький провел 7 лет (1906-1913) на острове Капри (кстати, хорошо видном в 5 километрах от берега).

 С возвращением Горького в СССР у нас связано семейное предание. Мой отец плавал тогда старшим помощником на пароходе «Жан Жорес», осенью 1932 года судно стояло в Неаполе. Срочной телеграммой капитана и отца вызвали в советское посольство.

 «Мы приезжаем в Рим, — рассказывал отец, — а там торжества, идет парад во главе с Муссолини. Мы спрашиваем, по какому поводу. А нам отвечают: как, вы не знаете? Десятилетие фашизма!»

 Советский посол Потемкин устроил морякам прием, и объяснил, что надо доставить Алексея Максимовича Горького в СССР. Горькому уже предлагали плыть на пассажирском теплоходе первым классом, но он отказался и заявил, что «хочет быть с простым народом». Так и получилось, что выбор пал на «Жан Жорес».

 Горькому отвели каюту капитана, а в каюте отца разместились сын Горького, Максим Пешков (умер в 1934 г.), и две его внучки, Марфа и Дарья. Были там и бывшая гувернантка, которая по настоянию Алексея Максимовича пошла учиться медицине и к тому моменту стала домашним врачом, а также личный секретарь Крючков, впоследствии расстрелянный.

Жан Жорес 


Горький с командой «Жан Жореса». Справа от Горького — капитан, следующий, в фуражке и белом кителе, — отец, ему 28 лет.

 Советское правительство хотело принять Горького с высокими почестями, у Сталина были на него виды. Поначалу «Жан Жорес» должны были сопровождать эскадренные миноносцы Черноморского флота, но Горький от этого отказался.

 В Одессе все подготовили к историческому моменту. Причал был оцеплен войсками НКВД, прямо к судну подогнали личный вагон Генриха Ягоды, наркома внутренних дел, для следования семьи Горького в Москву.

 На причале рабочие делегации с заводов и фабрик со знаменами и транспарантами под звуки духового оркестра приветствовали возвращение на родину знаменитого земляка, задержавшегося в Италии.

 Но вот смолкли трубы, отзвучали приветственные речи, слово дали Горькому. Тысячи лиц, устремленных на него, затаили дыхание. Какие слова произнесет автор знаменитого «Буревестника»?

 «Ну что? — донеслось с трибуны. — Пришли пролетарского писателя послушать?» «Ур-р-р-ра-а! — прокатилось по причалу. «Шли бы вы лучше работать!» С этими словами классик со своим сопровождением пошел к вагону главы НКВД, трубы грянули туш.

 Возвращение состоялось. Жить Горькому оставалось 4 года.

 Любопытно, что в 1928 и 1929 годах Горький совершал поездки в СССР, но каждый раз возвращался в Италию. Жил по принципу “Вернись в Сорренто”. В 1932-м этому принципу изменил.

 Как это  в песне Александра Городницкого: “Не возвращайся, Горький, с Капри” : Не упускай свою удачу, попав однажды за рубеж, не приглашай вождя на дачу, пирожные его не ешь".

 Мы поселились в гостинице “Вилла Мария” на Виа Капо, там дорога идет вверх, открываются виды. На отвоеванных у каменных скал площадках гостиницы стоят рядами.

 Вид на Неаполитанский залив, остров Капри, Везувий, Помпею. Утром все туристы, как по команде, выходят на свои экскурсии, садятся в большие автобусы и сидят, выглядывая в окна. Узкая дорога превращается в многокилометровую пробку.

Сорренто

 Говорят, москвичи методом адапатции привыкли к такому, научились сохранять спокойствие в неподвижном автомобиле. Я пробки переношу с трудом, предпочитаю двигаться, неважно в каком направлении.

 Поэтому поехали не туда, куда надо, а куда можно. В противоположную сторону, подальше от достопримечательностей, на мыс Сорренто, куда туристов не возят. Понятно, почему. Там начинается реальная трудовая жизнь, промышленные пейзажи, разбитые дороги.

 Прощай, Сорренто. Боюсь, в тебя я больше не вернусь.

Вечер над Сорренто

 Наш путь лежал в Бари, на другой стороне итальянского сапога.

<< возврат

 

пишите Севе Новгородцеву:[email protected] | вебмастер: [email protected] | аудиозаписи публикуются с разрешения Русской службы Би-би-си | сайт seva.ru не связан с Русской службой Би-би-си
seva.ru © 1998-2021