РОК-ПОСЕВЫ

В виде pdf:

Читайте также:

16 мая 1986: Валерий Баринов и «Трубный зов» - 2

Добрый вечер, друзья. Сегодня мы продолжим рассказ о христианской рок-группе «Трубный зов» из Ленинграда и ее руководителе Валерии Баринове. Как и на прошлой неделе, мы дадим возможность ее участникам высказаться самим – словом и песней. Однако для создания полной картины приведем кое-какие выдержки из книги «Валерий Баринов. Трубный Зов», выпущенной в 1980 году лондонским издательством «Маршал Пикеринг». Её автор, Лорна Бордо, в 1977 году провела несколько месяцев в Ленинграде в составе группы британских студентов и тогда познакомилась с Валерием Бариновым и его семьей, поддерживая впоследствие дружеские связи. История создания группы «Трубный зов» дана в книге на фоне общего положения церкви и религии и послереволюционной России, в ней также прослеживается духовное становление самого Баринова и его активная проповедь веры. Лорна Бордо пишет, что Валерий Александрович Баринов родился 6 декабря 1944 года в Ленинграде. Родители его жили в коммунальной квартире в Троицыном Поле. Вскоре после рождения ребенка отец оставил семью, и Валерия воспитывала мать. С шести лет он занимался на скрипке при консерватории имени Римского-Корсакова в Ленинграде. Занятия шли очень успешно, однако в 1956 году мать умерла, и одиннадцатилетний Валерий перешел жить к дяде. Однако дядя пил, дрался, Валерий часто убегал из дома, и в конце концов его отдали в детский дом. В 1958-59 году четырнадцатилетний Валерий стал юнгой на военном крейсере, в 1963 году пошел служить в армию, после демобилизации работал шофером. Юношеский идеализм Баринова и вера в привитое в школе не выдержали столкновения с жизнью: Баринов начал пить, неоднократно увольнялся с работы, и даже его приход к вере в конце срока службы в армии поначалу мало что изменил. В 1967 году Баринов поехал на Урал работать в составе топографической экспедиции. Там произошли два важных события: во-первых, он встретил свою будущую жену, Татьяну, а во-вторых – стал певцом в самодеятельной рок-группе. Но передадим слово самому Валерию Баринову и группе «Трубный зов».

GRAMS 1 SIDE 2 TR 1 (4'.00)

TAPE BAND 5 (11.40")

GRAMS 2 SIDE 2 TR 2 (5.40")

События последних трех лет, произошедшие с группой, периодически освещались в нашей программе, мы прослеживали события от обращения ребят с открытым письмом в Верховный Совет с просьбой разрешить им выступать со своей религиозной музыкальной программой – вплоть до суда и заключения их в сентябре 1984 года. Мы никогда, однако, не затрагивали ни обстоятельств ареста, ни того, в чем их впоследствии обвинили на суде. Вот как описывает это в своей книжке Лорна Бордо:

«В марте 1984 года Валерий и Сергей покинули дом, простившись с женами и детьми. Нина Тимохина и Таня Баринова были уверены, что их мужья уходили, так сказать, в подполье с тем, чтобы записать музыку своей группы «Трубный зов». На самом деле Валерий и Сергей приняли решение покинуть Советский Союз и пересечь границу с Финляндией в районе Мурманска. Валерий впоследствие показал, что они собирались сделать в Финляндии записи и затем возвратиться в Ленинград. Сделать такие записи в собственной стране было невозможно, поскольку их преследовали как активных христиан. Такую безумную затею можно объяснить только постоянными преследованиями последних двух лет. Именно об этом впоследствии и говорил Валерий в своих показаниях, делая основной упор на то, что готовность рисковать всем была вызвана постоянными преследованиями «Трубного Зова». В частности, 30 января 1984 года Валерий получил из Ленинградской прокуратуры повестку, предупреждающую его – прекратить распространение измышлений, порочащих советский общественный и государственный строй. Кроме того, в декабре 1983 года обе семьи получили отказ на свое заявление о желании покинуть Советский Союз. Валерию удалось раздобыть карту финской приграничной полосы, с которой он сделал зарисовку с планируемым маршрутом через границу. Валерий и Сергей также обзавелись русско-финско-английскими разговорниками, припасли еды и теплой одежды. 2 марта поездом они отправились в Мурманском направлении. 3 марта они прибыли на станцию Лухи в 100 километрах к востоку от финской границы. Когда они поняли, что за ними следят, то решили оставить свои планы и возвратиться в Ленинград. Первоначально планировалось пересечь границу в районе Софпорога, однако ребята не учли, что город Кестинга, из которого они надеялись достичь приграничной зоны, имел закрытый пропускной режим. Первый поезд, который прибывал в Лухи, шел на север, к Мурманску. Ребята решили доехать на нем до следующей станции и там сесть на ленинградский поезд, у них было 80 рублей на билеты. Они решили выйти на станции Княжья, перед Кандалакшей, поскольку если б за ними продолжали следить, на маленькой станции, по их мнению, было безопасней. В Княжью прибыли в 9 вечера, в кассе им сказали, что билеты на Ленинград будут продаваться за час до прибытия поезда. Валерий и Сергей пошли в зал ожидания и устроились спать на скамейках. В полночь в зал вошли три милиционера, спросили документы. Сергей и Валерий показали паспорта, на вопрос, куда едут, ответили – в Ленинград. После проверки документов милиционеры ушли, один сказал: «Это не они!» Через пять минут, однако, милиционеры вернулись и снова спросили документы. Валерия и Сергея отвели в участок в Зеленоборске. Через два часа офицер Ленинградского КГБ прибыл и допросил Сергея. Это ясно свидетельствует о том, что за ребятами следили, поскольку из Ленинграда до Зеленоборска офицер бы не добрался. Оттуда их машиной отправили в Кандалакшу в предварительное заключение.

Утром начался допрос. Судя по всему, следователь Щелимов вел себя прилично и даже дружески. Сознавая, что запасы еды, одежды и прочего ясно свидетельствовали об определенных намерениях, Валерий откровенно заявил обо всем следователю, указав, что он и Сергей вынуждены были предпринять этот отчаянный шаг из-за преследований. «Однако, – добавил Валерий, – мы вскоре осознали глупость и невозможность своих планов и решили вернуться домой». Следователь вел себя как добрый дядя, предложил ребятам чаю, предложил все записать. Когда Валерий дошел до того места, что они передумали пересекать границу, следователь по-дружески заметил, что поскольку такое изменение намерений бездоказательно, то и записывать его не стоит. После бессонной ночи Валерий устал, был сбит с толку, и он доверился следователю. Таким образом, следователь, использую свое профессиональное умение, вынудил Валерия дать показания в нужном следствию виде. Впоследствии, когда стало ясно, что смысл показаний Баринова был искажен с тем, чтобы доказать его вину, Валерий объявил голодовку, продолжавшуюся с 18 апреля до 11 мая, то есть в течение 23 дней. На суде Баринов заявил, что они выехали из Ленинграда с намерением достичь начальной точки где-нибудь в районе Софпорога и оттуда попытаться пересечь государственную границу. Они признают, что их намерения можно считать противозаконными, однако со станции Лухи в Софпорог они не поехали, от железнодорожной линии Мурманск-Ленинград они не удалились буквально ни на метр в направлении границы, и дальнейшие их действия свидетельствовали о том, что свое противозаконное намерение они решили не выполнять. Таким образом, судебное обвинение касается намерения, но не совершенного преступления. Тот факт, продолжал Валерий, что в момент ареста они мирно спали в зале ожидания, показывает, что они не планировали больше никаких противозаконных действий, а ждали ленинградского поезда. Валерий выразил мнение, что суд должен судить не за намерения, а за действительно совершенные преступления.

Описываемые события произошли более двух лет назад, и сроки заключения Баринова и Тимохина – соответственно два с половиной и два года – подходят к концу. Мы связались с Лорной Бордо по телефону и задали ей вопрос, что происходит сейчас с ними.

LORNA INTERVIEW

Сергей Тимохин, осужденный вместе с Валерием Бариновым, в марте вернулся к семье в Ленинград – как сообщают, вполне здоровым. Срок Баринова заканчивается только в сентябре. За два года в лагере он неоднократно проводил голодовки и одно время сообщали, что здоровье его вызывает опасения. В феврале этого года ему разрешено было свидание с родственниками, и, по сообщениям, здоровье Баринова улучшилось. В конце прошлого года ему дали шесть месяцев штрафного изолятора, но перед свиданием наказание прекратили досрочно. Из лагеря сообщают, что Валерий открыто проповедует Евангелие и что благодаря этому многие заключенные пришли к вере. Это, по-видимому, вызывает озабоченность у лагерной администрации и может стать опасным для Валерия, поскольку подобная деятельность может быть расценена как нарушение внутреннего режима. По новому законодательству, принятому осенью 1983 года, подобное нарушение – вообще, любое нарушение внутреннего распорядка, включая голодовки – карается дополнительным сроком до трех лет, причем делается это на месте без суда, просто в административном порядке. Не исключена возможность, что это может произойти и с Бариновым. Я надеюсь, однако, что он будет освобожден по окончании срока и сможет возобновить свою христианскую деятельность. Может случиться так, что власти сочтут его присутствие нежелательным и предложат ему покинуть страну, они могут также по-прежнему преследовать его, как это было два года тому назад. Угроза повторного срока, как я уже сказала, вполне реальна, однако это может повредить репутации советского правительства, поскольку имя Валерия Баринова стало широко известно западной общественности.

SIDE 2 LAST TRACK

<< возврат

пишите Севе Новгородцеву:[email protected] | вебмастер: [email protected] | аудиозаписи публикуются с разрешения Русской службы Би-би-си | сайт seva.ru не связан с Русской службой Би-би-си
seva.ru © 1998-2021